— Я помогу тебе, — сказал Роберт, его глазенки засверкали. — Попрошу папу, чтобы он любил тебя. Папа всегда делает все, что я прошу.
— Не надо, милый. Любовь не приходит по приказу или просьбе. Он сам должен решиться. Если папа равнодушен ко мне, то тут уж никто не поможет.
Роберт понял, что не может помочь Николь, и его взгляд снова погрустнел. Тогда Николь взяла маленькое личико в ладони и, глядя ему в глаза, сказала:
— Однажды я уже просила тебя поверить мне. Ты помнишь?
— Когда мама приехала, чтобы забрать меня?
— Я не обманула твоего доверия? Все было в порядке?
Роберт закивал в знак согласия.
— Сейчас снова прошу тебя поверить мне. То, что сегодня я уйду из этого дома, не значит, что я уйду из твоей жизни. Каждое утро я буду встречать тебя у школы, чтобы обнять и поцеловать моего Робби.
— И чтобы передать пакетик с завтраком, — практично продолжил мальчик.
Николь засмеялась:
— Да, с твоими любимыми сэндвичами, которые сама буду готовить.
Их разговор был прерван звонком в дверь. Это приехала Мелия Тордвальдсен, та самая сестра соседа, с которой они познакомились, когда выбирали котенка.
— Раньше наш Пусси жил у нее, — вспомнил Роберт.
— Да. И поэтому я подумала, что миссис Тордвальдсен понравится тебе. Она воспитывала нашего Пусси, и это неплохо у нее получилось. А теперь она будет присматривать за вами всеми.
Следующие несколько часов Николь помогала миссис Тордвальдсен устраиваться в доме. Два чемодана были оставлены в комнате, которую раньше занимала Николь. Затем Николь и Роберт устроили небольшую экскурсию по дому, знакомя Мелию с хозяйством.
Перед отъездом Николь зашла в кабинет Джейка. Она немного постояла, вдыхая, может, в последний раз тот запах, который о многом напоминал ей. Затем, положив на стол конверт и похлопав на всякий случай по карману джинсов, куда без труда поместились все ее сбережения, Николь вышла из кабинета и плотно закрыла за собой дверь.
На прощание она еще разок обняла и поцеловала Роберта, а потом приласкала Гулливера и Пусси, даже сними было тяжело расставаться. Все время Николь усилием воли сохраняла улыбку на лице. И лишь когда владения Мэтеров скрылись, слезы безудержно хлынули из глаз.
Она остановила машину, чтобы справиться с приступом боли, разрывавшим сердце. Николь снова почувствовала себя одинокой и ненужной. Такой, какой она чуть больше месяца назад ехала по этой же дороге, но в другую сторону.
Только через час, с опухшими от слез глазами, Николь добралась до города.