— И он до сих пор держался от нее в стороне? — спросила я.
— Похоже на то, — ответил Зебровски.
— Твою мать, — вырвалось у меня.
— Что? — не понял Брайс.
— Вампиру сейчас терять нечего. Поскольку он убил офицеров полиции и знает, что теперь ему не светит ни суда, ни присяжных, ни адвоката, а лишь кто-то из нас, чтобы выследить его и убить. Мы же не можем казнить его больше одного раза, так что он собирается разделаться со своей бывшей женушкой, не ожидая за это никакого наказания, так как все равно умрет за убийство копов.
— Так всегда и поступают подобные ему типы, — согласился Зебровски.
— Да, — подтвердила я.
— На кого-нибудь из пропавших вампиров имеется досье в полиции или, может, они привлекались за насилие? Если Киту Борэсу терять больше нечего, то, возможно, остальным тоже? — спросил Брайс.
Мы с Зебровски обменялись взглядами. Он перезвонил Дольфу. Я начала тихо молиться, Дорогой Боженька, не позволяй, чтобы остальным пришла в голову такая же мысль. Потому что они могли бы выбрать разных людей для убийства, или и в правду взять их в заложники, или просто решили сделать что-то ужасное, что всегда хотели сделать, но никогда не делали, потому что боялись быть пойманными. Что теперь не имело значения — им некуда было бежать, и ничего не могли сделать для спасения своих жизней. Как только вампир вставал на стезю убийства, он во всех смыслах становился ходячим мертвецом.
Припарковавшись в точке сбора, которая практически всегда блокировала путь к отступлению с опасного объекта, я начала готовиться, ожидая дальнейших инструкций. Мы с Брайсом скрылись за джипом, надевая экипировку, когда Хилл трусцой подбежал к нам.
— Блейк, идешь со мной, как только экипируешься.
— А мне что делать? — спросил Брайс.
Хилл просто посмотрел на него и моргнул темными глазами.
— Мы знаем Блейк, и знаем на что она способна. Для нее у нас есть место. Вас я не знаю. — При других, менее напряженных обстоятельствах, Хилл был бы более дружелюбным с Брайсом, но сейчас мы были по пояс в дерьме, и на вежливость времени уже не оставалось.
Зебровски сказал:
— Не переживай, Брайс, ей всегда достаются все самые милые парни.
Брайс кинул на него хмурый взгляд, но промолчал.
— Введи меня в курс дела, — попросила я, пока напяливала бронежилет и проверяла, что он достаточно плотно прилегает к телу, чтобы все снаряжение, которое прихвачу с собой, оставалось именно там, куда я его прикреплю и ни на сантиметр не сдвинулось.
— Кит Борэс, тридцать лет к моменту обращения, два года как вампир. Он взял свою бывшую жену и ее семью в заложники. Говорит, что собирается ее убить. Говорит, что раз на него выписан ордер на ликвидацию, то ему терять нечего. Это так?