Они пересекли город и остановились у гостиницы «Спортивная». На оформление ушло минут пятнадцать. Одноместных номеров не было. Только двух- и трехместные. Сергей оказался в одном номере с Оглоблиным. Тот сразу вручил ему ключ и предупредил:
— Я иду к нашим попутчикам-минчанам. Надо обсудить кое-какие детали. Может быть, задержусь на всю ночь. Но на всякий случай не закрывай дверь, чтобы я тебя не будил.
Отужинав в буфете (ресторан был битком), все тут же разбрелись кто куда: кто в бар, кто погулять, кто в казино при гостинице.
— А ты сейчас куда? — спросила Кузьмина Вероника.
Они стояли в холле среди раскидистых пальм в кадках, под голубым плафоном, напоминавшим кусочек неба. Глаза Вероники, зеленые с коричневыми крапинками, смотрели на него так выразительно, с таким ожиданием, что Сергей просто был обязан пригласить ее с собой, даже при условии, что он никуда не шел, а собирался лечь в постель.
— Устал… — сказал Кузьмин. — Пойду лягу.
— Хорошая идея, — похвалила его Вероника. — Последую-ка и я твоему примеру.
Слова Вероники нужно было понимать буквально. Но Сергей не понял. Он поднялся в свой номер, разделся, принял душ и забрался в чистую, широкую постель, рассчитанную скорее на двоих, чем на одного. Душ разогнал сон. Сергей лежал в темноте, спиной к двери, стараясь избавиться от мелькающих перед мысленным взором деревьев, когда дверь тихонечко открылась, тут же закрылась, щелкнул замок, и в номер на цыпочках прокрался Оглоблин.
— Да не сплю я. Можешь не маскироваться, — не поворачиваясь, сказал Кузьмин.
Данила ничего не ответил. Слышался только тихий шелест поспешно отбрасываемой одежды.
— Как прошла встреча? — не поворачиваясь, спросил Сергей.
Данила промолчал и вдруг… полез в его постель! Кузьмин настолько обалдел, что ничего не успел предпринять, застыв, будто в столбняке. Он почувствовал, как скользнула по его ногам гладкая кожа, как прижалось к спине что-то мягкое и горячее… И только уловив тонкий аромат духов, все понял.
— Вероника?! — прошептал Кузьмин.
— Если ты меня оттолкнешь, — услышал он знакомый хрипловатый голос, — я покончу с собой.
Пока Сергей лихорадочно размышлял: ее слова — это всего лишь игра или все на полном серьезе? — губы Вероники уже обжигали его плечо и шею, а ее рука гладила его грудь, перемещаясь в сторону живота и далее в том же направлении. Нужно было срочно что-то делать. Но Кузьмин упустил момент, когда еще мог контролировать ситуацию. Голова предательски отключилась, передав все управленческие функции спинному мозгу.
Кузьмин, вспыхнув, перевернулся на спину. Вероника тут же скользнула ему на грудь, и губы уже обжигали его лицо. Ладони Сергея двинулись по ее спине и вдруг наполнились ее ягодицами. Вероника замерла, прижавшись щекой к его щеке.