— Нет, это не шутка. Я бы и сам хотел, чтобы это было шуткой!.. Умоляю тебя, не вынуждай меня говорить прямо…
Дюпон вышел из комнаты, хлопнув дверью. Он отправился к реке, где ещё несколько часов назад так безмятежно прогуливался с Мари. Он непрерывно курил и пытался разобраться в том, что произошло. Мари, безусловно, была немецкой шпионкой, об этом свидетельствовали и некоторые неточности в её рассказе о себе, на которые он вначале не обратил внимания. В то же время она, очевидно, действительно любила Анри, когда произносила эти слова по-немецки. Она не пыталась таким образом выведать у него военные секреты, поскольку не знала, что Дюпон — сотрудник контрразведки. Это было истинное чувство. Скорее всего, она тоже была в отпуске и также хотела отдохнуть от каждодневного напряжения своей работы.
Как контрразведчик, Дюпон был обязан немедленно арестовать её. Но с другой точки зрения, они оба не находились «при исполнении» и всё происшедшее не имело никакого отношения к их работе.
Дюпон, как никогда, хотел ошибиться в своих расчётах. Если Мари действительно работает на разведку противника, она обязательно сбежит из гостиницы, а если нет — она дождётся его возвращения или в крайнем случае уйдёт в свой номер. Он готов был выдержать любые её насмешки или упрёки, только бы она оказалась на месте! Дюпон вернулся ровно через полчаса, его комната была пуста. Он осторожно приоткрыл дверь номера Мари — там было темно и пусто, ни её самой, ни вещей. К величайшему огорчению Дюпона, его предположения подтвердились.
Он пробыл в Л. ещё пару дней. Но назвать его времяпрепровождение отдыхом было нельзя. Всё вокруг напоминало ему о Мари. Он снова стал грубым и раздражительным. Долгие прогулки не избавляли его от мыслей о прекрасной шпионке. По ночам он не мог уснуть. Дюпон даже начал сожалеть о своём поступке, рассуждая, что если бы он продолжил свою связь с ней, то в его присутствии она всё равно не смогла бы заниматься шпионажем, а затем, думал он, можно было бы ей сказать, что ему всё известно, и отговорить её от работы на немецкую разведку.
Но на этом история, к сожалению, не закончилась.
Поняв, что в такой ситуации лучший способ избавиться от воспоминаний — это сосредоточиться на работе, Дюпон прервал отпуск и вернулся в лагерь. Сослуживцы были удивлены его неожиданным возвращением, но, естественно, обрадовались, что он вновь возьмёт на себя часть работы. Разумеется, они интересовались причиной столь скорого возвращения, и некоторые брошенные в шутку предположения были недалеки от истины.