двумя руками держала Ольга, Февронья в это время читала
молитвы.
Вечером в гостинице надо было высушить одежду, иногда это
удавалось сделать только при помощи гостиничного утюга. Надо
было и поужинать. И отдохнуть.
У Ольги было желание вечером прогуляться по маленькому
городку, но ее поход в магистрат так и оказался единственной
прогулкой, на большее не хватило сил.
А еще, уже сидя в кресле самолета Берлин – Таллинн, наша
героиня вспомнила, что хотела позвонить Олегу из гостиницы, и
обещала обязательно сделать ему звонок перед тем, как они сядут
108
в самолет. Так и пропали непотраченные марки на телефонной
карточке.
Было стыдно за несдержанное слово, Ольга вспомнила Олега,
их три недели проведенные вместе.
Да, это была любовь, которую она ждала и дождалась, но
любовь опоздала! Она была счастлива, что это было в ее жизни.
Но выбор, ее выбор Бога, он значительнее и выше всего земного,
она пойдет другим путем!
Самолет летел высоко под облаками, отдохнувшая Февронья в
очередной раз рассказывала послушнице историю своей жизни, а
Ольга раз за разом возвращалась в мыслях к принятому ею
решению и находила новые доводы в его пользу…
Глава 5.
Ольга Фролова
Сразу предупреждаю уважаемого читателя: в этой главе нет
Олега. Поэтому, кто привык к нашему герою, и не хочет сми-
риться с его потерей, может пропустить эту главу и перейти к
следующей, там Олег есть и, по воле автора, совершенно жив-
здоров.
А здесь он погиб. Олег работал строителем, стройка – опасное
дело, и так получилось, что плохо сделанные леса, к возведению
которых, правда, он не имел никакого отношения, однажды
рухнули под ним и Олег упал с пятнадцатиметровой высоты.
Умер мгновенно, и, не мучаясь.
109
Почему так случается, что хорошие люди уходят из жизни
значительно раньше, чем хотелось бы их друзьям и родст-
венникам? Почему Господь часто забирает лучших из нас?
Наверно они Ему нужнее Там.
Или за все нужно платить.
«За все нужно платить» – с этой мыслью я проснулась. В окно
птичьим пением и ярким солнечным светом билось радостное
июньское утро, а я боролась с подступающими к горлу
рыданиями.
Почти год прошел с того дня, когда я потеряла мужа, но боль
все еще была очень острой, и практически каждый день
начинался с того, что я рыдала в подушку. Первые месяцы вообще
было невыносимо тошно, я их плохо помнила. Горе и скорбь,
слезы и воспоминания. Олег глядел на меня с фотографий,
висевших на стенах комнаты, этих немых свидетельств
бесконечного счастья двух любящих друг друга людей, которые
обнимаются, целуются, смеются.
Потом я убрала из спальни все его фотографии. Нет уже этих