К счастью, в одной из стен комнаты оказался встроен шкаф и когда Люба отодвинула дверцу, то сразу увидела целый ряд разнообразной женской одежды, висевшей на плечиках и аккуратно сложенной на полках. Она не стала ее рассматривать, потому что взгляд приковало только одно полупрозрачное голубое платье, которое Люба решительно сняла с вешалки и тут же примерила.
Возможно, это легкое платье принадлежало хозяйке комнаты. Люба еще раз осмотрелась и снова не увидела ничего определенного, что говорило бы о человеке, который здесь проживает — только на кресле, расположенном возле кровати оставалась электронная книжка, небрежно сунутая между спинкой и сидением, а на прикроватной тумбочке лежал на блюдце обгрызенный бутерброд и стояла пустая чашка из-под кофе. Также на спинке кресла висело сложенное легкое одеяло, а перед ним стоял пуфик для ног. Складывалось впечатление, что кто-то долгое время жил прямо здесь, в кресле.
Люба на секунду нахмурилась. Впрочем, в это время снова дунул заигрывающий ветерок.
Он пах морем, жарой и спелыми персиками.
Люба тут же про все забыла и направилась в коридор. Спустилась по лестнице, быстро оглядываясь — дом оказался довольно большим, но из людей Люба увидела только двух девушек в одежде, напоминающей строгую униформу, одна из которых при виде Любы замерла прямо с подносом на вытянутых руках, а вторая шарахнулась к стене.
Люба проплыла мимо, инстинктивно угадав, где входная дверь. Не дойдя до выхода всего нескольких метров, она уловила краем глаза зеркальный блеск. Зеркало пристроилось между двумя портьерами, огромное, с серебристой паутиной рамки по краям, такое величественное и красивое, что Люба не сразу обратила внимание на свое отражение.
Существо походило на жителя фэнтезийной страны, как их рисуют мечтатели — в воздухе, казалось, не касаясь земли ногами, висело узкое гибкое тело девушки в голубом платье с огромными глазами и волной золотистых волос. А главное, что свидетельствовало о ее принадлежности к нелюдям, так это лицо — нечеловечески тонкие и гладкие черты, застывшие в холодной гримасе невозмутимости.
Люба склонила голову к плечу и существо, предупреждающе сверкая глазами, повторило ее жест. Тогда она топнула ногой по полу и почувствовала боль в подошве. Оказывается, она босиком, но зато совершенно точно стоит на полу, а не зависает над ним в воздухе.
Люба бегом вернулась в комнату и нашла голубые босоножки среди длинного ряда выстроенной в ряд обуви всех возможных цветов и фасонов.
Больше ее ничего не задерживало и Люба, нигде не останавливаясь, выскочила на свежий воздух. И оказалась на огромной открытой веранде, огороженной каменной оградой, за которой вдоль горизонта, куда ни кинь взгляд, расстилалось море…