Раскаяние Патча было настолько явным, что ощущалось едва ли не физически. Несмотря на мою неприязнь и недоверие к Дабрии я не могла винить его за спасение ее задницы. Он был лучше, чем сам о себе думал. Я подозревала, что несколько лет назад Патч был совсем другим и отреагировал бы на эту ситуацию иначе. Он дал Дабрии второй шанс — то, ради чего сам он боролся каждый день.
— Мне тоже жаль, — пробормотала я ему в грудь.
Его сильные руки заключили меня в объятия.
— Я никогда еще не была расстроена и напугана так сильно, как когда увидела те фотографии. Страх потерять тебя был невообразимым. Я была так зла на нее. И до сих пор злюсь. Она поцеловала тебя, не имея на это никакого права. И не сомневаюсь, что она попытается сделать это снова.
— Не попытается, потому что я собираюсь прояснить ей, какими отныне станут наши взаимоотношения. Она переступила черту, и я заставлю ее дважды подумать, прежде чем повторять что-нибудь подобное, — решительно заявил Патч. Приподняв мой подбородок, он поцеловал меня, позволив губам задержаться на моих, когда произнес: — Я не ожидал, что, возвращаясь домой, вернусь к тебе, но теперь, когда ты здесь, я ни за что не позволю тебе уйти.
Меня накрыло до боли острое чувство вины. Я не могла находиться рядом с Патчем и не чувствовать, что моя ложь разделяет нас. Я солгала ему о дьявольской силе. И лгала до сих пор. Как я могла?! Во мне забурлило отвращение к самой себе, вызывая стыд и тошноту. Я хотела бы во всем признаться, но с чего начать? Я вела себя слишком беспечно, позволив лжи выйти из-под контроля.
Я открыла, было, рот, чтобы сказать ему правду, но почувствовала, как вверх по шее скользнули ледяные руки, сжимая ее в тиски. Я не могла говорить. Я едва могла дышать. Горло заполнилось густым веществом вроде того, как когда я впервые приняла дьявольскую силу. Чужие голоса проникли в сознание и воззвали ко мне.
Если я скажу Патчу, он никогда больше не будет мне доверять. И никогда не простит меня. Сказав ему, я всего-навсего сделаю ему еще больнее. Я просто должна пережить Хешван, а потом перестану пить дьявольскую силу. Еще немного. Еще чуть-чуть лжи…
Холодные руки разжались. Я судорожно вдохнула.
— Насыщенная ночка? — спросила я Патча, за разговором надеясь перестать думать о том, что обманываю его.
Он вздохнул.
— И я ничуть не приблизился к поимке шантажиста Пеппера. Продолжаю думать, что им должен быть кто-то из тех, кого я уже проверял, но, возможно, я ошибаюсь. Может, это кто-то другой. Кто-то, кто еще не попал в поле моего зрения. Я изучил каждый потенциальный объект, даже тех, кто казались весьма сомнительными. И насколько я могу судить, они все чисты.