— Ты что стоишь? — спросил Найденов, поравнявшись со мной.
— Здесь погибли мои жена и сын.
Сергей снял ушанку, молча постоял рядом со мной.
— Сережа, ты иди, я догоню, мне необходимо побывать еще в одном месте, — сказал я.
— Осип, позволь, я пойду с тобой, — не желая оставлять меня одного, попросил Найденов. Он, конечно, понял, куда я собирался идти.
Мы быстро пробежали по Аптекарскому переулку и вышли на проспект Карла Маркса.
— В каком доме жил Володя?
— Дом тридцать четыре, напротив церкви.
Входная дверь и окна фасада дома были наглухо заколочены. Мы прошли во двор, но вместо двора увидели глубокую воронку от разрыва снаряда… Дальше я не мог сделать ни шагу. У меня вдруг что-то случилось с коленками, они перестали сгибаться. Я сел на скамейку у двери. Через эту дверь мы вместе с Володей когда-то входили в дом… Шли минуты, и вот я услышал голос Сергея:
— Осип, пора идти, а то не догнать будет наших.
— Да, пора. Пойдем.
Мы догнали свою роту, когда она вышла на проспект Энгельса. К утру мы уже были в Лисьем Носу, где остановились на кратковременный отдых.
В эту спокойную ночь нашего отдыха, проведенную в натопленном доме, мне захотелось остаться одному.
Товарищи, после того как днем помылись в бане, побрились, очистились от густой траншейной грязи, спали крепко, глубоким сном, разметав руки. Заразителен сон здоровых людей — не помню, как уснул и я. Очнулся от прикосновения чьей-то руки. По привычке быстро вскочил на ноги. Передо мной стоял Сергей с двумя котелками в руках:
— Давай завтракать, потом тебе надо идти в штаб дивизии, вызывает какой-то Черепуха.
— Кто сказал?
— Ротный велел передать.
И я зашагал к отдаленному домику на окраине Лисьего Носа, где расквартировался штаб 109-й дивизии 42-й армии.
Начальник штаба полковник Черепуха сразу приступил к делу:
— Есть полторы сотни новеньких снайперских винтовок, их необходимо пристрелять. Сейчас должен прийти начальник артснабжения, с ним вместе и решим, где лучше заняться этим делом.
В дверь постучали. Вошел майор Ражнов, начальник артснабжения дивизии.
— А мы вас и поджидаем, — сказал полковник. — Надеюсь, вы знакомы со снайпером-инструктором Пилюшиным?
— Еще бы! Горло мне перегрыз из-за снайперских винтовок.
— Вот и хорошо, что перегрыз. Если бы вас не тормошили, вы бы проморгали эти полтораста винтовочек. Где организуете пристрелку, решите сами, но винтовки не позднее первого января должны быть направлены в подразделения.
В этот день я не мог заняться пристрелкой, только нашел место для стрельбы, приготовил мишени и ушел к себе, чтобы отдохнуть и попросить товарищей помочь пристрелять винтовки.