“Мерик, зачем ты подталкиваешь их? Я говорил тебе, что случится!”
“А я говорила, что все будет совсем не так. Ты не доверяешь мне?”
Шепли потопал в свою комнату.
После нескольких секунд тишины, Америка снова заговорила.
“Не могу вдолбить ему в голову, что на нас никак не отразится, будете вы с Трэвисом вместе или нет. Но он уже сто раз обжигался. Он не верит мне.”
Черт возьми, Шепли. Совсем не плавный переход. Я еще чуть-чуть приоткрыл дверь, но не настолько, чтобы видеть лицо Эбби.
“О чем ты, Мерик? Мы с Трэвисом не вместе. Мы просто друзья. Правда. Ты же слышала, о чем он говорил раньше… в этом смысле я его не интересую.”
Черт. С каждой минутой все хуже.
“Ты все слышала?” с удивлением в голосе спросила Америка.
“Ну да.”
“И поверила?”
Эбби пожала плечами.
“Не имеет значения. Этого никогда не случится. В любом случае, он говорил мне, что не рассматривает меня в этом смысле. К тому же у него фобия насчет отношений, и надо потрудиться, чтобы найти девушку, кроме нас с тобой, с которой он еще не переспал. И я не могу мириться с его перепадами настроения. Не верю, что Шеп думает иначе.”
Из-за ее слов у меня исчезла вся надежда. Я был просто раздавлен разочарованием.
В течение нескольких секунд боль была невыносимой, но потом я позволил гневу овладеть собой. Гнев всегда было легче контролировать.
“Потому что он не просто хорошо знает Трэвиса. Он разговаривал с ним, Эбби.”
“Что ты имеешь в виду?”
“Мерик!” позвал из спальни Шепли.
Америка вздохнула.
“Ты моя лучшая подруга. Иногда мне кажется, что я знаю тебя лучше, чем ты сама. Я вижу вас вместе, и единственная разница между нами с Шепли и вами с Трэвисом в том, что вы не занимаетесь сексом. А кроме этого? Никакой.”
“Разница есть. Огромная разница. Разве Шеп приводит домой разных девушек каждую ночь? Или ты идешь завтра на вечеринку, чтобы поразвлечься с парнем, на которого у тебя виды? Ты же знаешь, я не могу связываться с Трэвисом. Даже не понимаю, почему мы обсуждаем это.”
“Эбби, я ничего не понимаю. Ты проводишь с ним каждую секунду своего времени весь последний месяц. Признайся, что у тебя к нему чувства.”
Я не мог больше слышать ни единого слова.
“Брось это, Мерик,” сказал я.
Обе девушки вздрогнули от звука моего голоса. Глаза Эбби встретились с моими. Она не казалась смущенной или сожалеющей обо всем этом, и это разозлило меня еще больше. Я сунул шею, а она перерезала горло.
Прежде чем я сказал что-нибудь дерьмовое, я пошел к себе в комнату. Я посидел, но это не помогло. Не помогла ходьба, не помогли отжимания. Стены с каждой секундой давили на меня все больше и больше. Ярость кипела внутри меня, как химическое вещество, готовое взорваться в любой момент.