Он убрал прядь волос с ее лица и посмотрел на нее таким благодарным взглядом, что она едва могла поверить своим глазам.
— Я никогда не был таким счастливым.
Линда отвела взгляд. Вероятно, он не слышал, какое имя она произнесла. Или она не произнесла имя Уильяма вслух. Может быть ей просто показалось, что она совершила такой непростительный грех. Да, наверное, так оно и есть.
— Надеюсь, что ты так же счастлива, как и я, — сказал Гифф.
— Да. Однако я… я не знаю…
— Мы потом разберемся.
И все же Линда чувствовала себя ужасно, хотя, судя по его поведению, он ничего не слышал. Или, как настоящий джентльмен, сделал вид, что ничего не заметил. Но и в будущем в самый неподходящий момент она может произнести имя Уильяма. Кажется, стоит Гиффу дотронуться до нее, как она теряет контроль над собой.
— Я не уверена, что нужно с чем-то «разбираться».
— Мы поступили правильно, Линда. — Гифф говорил решительно и выглядел абсолютно уверенным в себе. Женщина, назвавшая в пылу страсти имя другого мужчины, не могла поколебать его «я». Однако он вряд ли относится к тому типу мужчин, которые могут спокойно переносить подобную опрометчивость.
— Все было удивительно, — сказала она наконец совершенно искренне. — Все хорошо.
— Любить друг друга нам предназначено судьбой. Ты веришь в это?
— В судьбу? Верю, если ты говоришь о том, что с самого начала нас влекло друг к другу.
— А если я говорю не об этом? Если я говорю о судьбе в более широком смысле, а не только о том, что нам предопределено быть вместе?
— Гифф, не надо. — Она закрыла глаза, разговоры о будущем отзывались в ней мучительной болью, ей было трудно справиться с ней. Зачем думать о будущем? У них было это лето. Сейчас она вообще ничего не могла решать, собираясь к началу осеннего семестра быть уже в университете.
— Я заметил в ресторане, да и раньше замечал, что ты не хочешь говорить о наших отношениях. А мы ведь действительно испытываем нежные чувства друг к другу. Ты не хочешь знать правду, но разве наша любовь не доказывает, что мы взаимно связаны?
— Мы знаем друг друга только несколько дней. Вот это правда.
— Несколько дней могут вместить целую жизнь. — Он прижал ее к себе и выразительно посмотрел ей в глаза. Она испугалась: а вдруг он осуждает ее?
С ним нельзя спорить, его утверждения непоколебимы. А она все пытается ему что-то доказать. Не нужно принуждать ее думать так, как думает он. Она сама соображает, к ней снова возвращается способность думать.
— Это не целая жизнь! Мы знакомы меньше недели, — возразила Линда.
— Поверь, — миролюбиво заметил он. — Почувствуй сердцем. Ты поймешь, что я прав.