О мастерах старинных 1714 – 1812 - Виктор Борисович Шкловский

О мастерах старинных 1714 – 1812

Замысел книги о старинных русских мастерах-изобретателях возник вскоре после окончания Великой Отечественной войны и, в сущности, был откликом на победу советского народа. Историческая память возвращала к воспоминанию о победе русских в 1812 году, заставляла думать об источниках той победы, предвестницы грядущих, современных нам исторических событий.Выяснилось, что русская техническая мысль в XVIII веке не только не была отсталой, но временами опережала европейскую науку.

Читать О мастерах старинных 1714 – 1812 (Шкловский) полностью

Глава первая,

в которой солдат Ораниенбаумского батальона Яков Батищев прибывает в Тулу. С этой главы начинается повесть, действие которой будет продолжаться сто лет.


В сентябре 1714 года подходили солдаты к Туле. Шли они из Санкт-Петербурга после больших побед на работы.

В то время кончили строить в Туле каменный оружейный двор. Кирпичи клали пленные шведы. Теперь надо было ставить во дворе машины.

Уже давно строилась Россия – строили города, плотины, мельницы, шлюзы, и все в империи привыкли, что если и не умеют чего делать, так научатся.

Приходилось тогда петровским солдатам и сваи бить, и шлюзы ставить, и строить заводы; в 1698 году, когда готовили флот для взятия города Азова, пилили доски и строили корабли даже солдаты гвардейских Преображенского и Семеновского полков.

Шли солдаты из Санкт-Петербурга в Тулу обочинами дорог, мимо желтеющих лесов.

Вел солдат ефрейтор Яков Батищев, человек уже немолодой.

Тулу команда увидела с пригорка: город лежал в широкой долине, среди полосатых полей, с которых уже убрали хлеб, и осенних рыжих лесов.

На дне долины извивалась неширокая река Упа; разливаясь у плотины, Упа принимала в себя узкую темную реку Тулицу.

На том берегу Упы увидели солдаты Тульский кремль. Вокруг каменного кремля – другая, старая, обветшалая деревянная крепость, окрест ее – улицы, сады, огороды. Город длинный, верст на семь, а в поперечнике версты три с половиной.

Батищев пошел ставить солдат на постой. Делать это оказалось трудно: дома тульских оружейников от постоя были свободны.

Разместил Батищев людей и пошел отнести пакет стольнику Чулкову.

Он шел неторопливой солдатской походкой.

Строения в городе деревянные, дома стоят вольно – не так, как в Санкт-Петербурге; здесь кто как хочет, так и строится.

Дубовый тын старой крепости местами обвалился, и из него как будто вытекли на волю огороды, тоже желтеющие.

Вокруг стен каменного кремля толпится и шумит народ. У большой церкви в центре города достраивают колокольню.

Народ здесь здоровый, веселый, вольный. Многие в суконных кафтанах. Женщины белятся, румянятся, ходят в кокошниках, покрытых белой кисеей.

Идет Яков Батищев. Усы у него черные, насурмленные, епанча на нем алая, надета поверх зеленого кафтана, а шляпа касторовая.

Идет Батищев – бывалый человек, русский солдат, который и с турками воевал, и шведов гонял, к видел теплое море.

Идет Батищев и печатает шаг так, чтобы видали и мужики и бабы, как ходит бравый русский ефрейтор, которого хоть в ад посылай – он и там устроит такой барабанный бой и разведет такую механику, что отступятся от солдата даже и черти.