— Теперь возьмите бумаги… там на столе… Я не могу… У меня скованы руки… Скорее же! — отрывистым голосом продолжал он отдавать приказания.
Скотт повиновался. Когда они вышли в подвальный коридор, все огни вдруг потухли. Коридор был полон дыма.
— А теперь — бегом! — скомандовал Тэб и кинулся наверх.
Скотт следовал за ним по пятам, все еще потрясая в воздухе лопатой. У лестницы он остановился. Жара становилась нестерпимой. Пламя уже охватило верхние ступеньки.
— Бегите скорее! Не останавливайтесь! — подгонял его Тэб.
Скотт задыхался, халат на нем начал тлеть.
У двери в пылавшую столовую он снова приостановился. Тэб подтолкнул его плечом, и вскоре они выбрались на улицу, под проливной дождь.
В это время во двор въезжала первая пожарная машина. Скотт посмотрел на Тэба, подмигнул и сказал:
— Не выпить ли нам чего-нибудь?
Тэб все еще был в наручниках. Окликнув полицейского, он попросил его отомкнуть их своим ключом.
— Пойдемте же выпьем чего-нибудь! — повторил свое предложение Скотт.
В это время у дома остановилась машина Карвера.
— Слава Богу! — крикнул он, увидев Тэба. — Я уже не чаял застать вас в живых! А теперь скорее в Стон-коттедж! Я позвоню в полицию, а вы тем временем позаботьтесь об автомобиле…
И они помчались с бешеной скоростью, дождь бил им в лицо, ветер завывал в ушах. Садовая калитка Стон-коттеджа оказалась открытой. Тэб первый выскочил из автомобиля и кинулся в сад: у входа он споткнулся о проволоку, которая была протянута поперек калитки. Дурное предзнаменование! Входная дверь виллы была отворена. Тэб стремительно взбежал по ступенькам. В передней было пусто. Кругом царила мертвая тишина. Откуда-то слышалось лишь слабое тиканье часов. Тэб чиркнул спичкой и зажег канделябр у зеркала. Он увидел на полу опрокинутый стул. Ковер был скомкан. Здесь явно происходила борьба. Тэб побледнел и пустился бегом вверх по лестнице. На верхней площадке, застеленной мягким ковром, горел ночник. У стены стояли два плетеных кресла и маленький столик. Урсула любила сидеть на этой площадке у окна и читать. И здесь ковер был скомкан. А на голубом диване были явственно видны пятна крови.
Тэб опустился в кресло и несколько секунд не мог ни пошевелиться, ни закричать. Наконец он взял себя в руки, дошел до двери спальни и вошел в комнату.
— Кто там? — послышался с кровати милый сонный голос.
Урсула приподнялась на локте. В руке ее блеснул револьвер.
— Урсула!
— Тэб!.. Это вы?
Он потерял дар речи.
— Тэб, что случилось? — удивленно спросила она. — Милый! В чем дело?
Тэб безмолвно опустился на колени около кровати и зарыдал.