Проезжая мимо извозчичьей биржи, он подумал: «Почему бы мне не взять хорошей коляски?» — и, вспомнив, что неподалеку отсюда, по дороге в банк, часто видел вывеску с надписью «Барские экипажи», велел извозчику остановиться у ворот этого дома.
В обширном дворе под навесами стояли «всякие экипажи». Посреди двора запрягали в пролетку красивого серого в яблоках коня. Рабочие торопились, а в стороне стоял высокий старик с широкой седой бородой. Кучер с белыми перчатками за поясом стоял тут же, в ожидании и готовности сесть на козлы.
— Кто здесь хозяин? — спросил Смирнин, обращаясь к седому высокому мужику. — Мне нужна хорошая коляска, такая, которую нельзя было бы отличить от собственной. Резины чтобы были новые, кучер чтобы одет был прекрасно, лошади тоже самые лучшие.
Седобородый мужик поклонился и спросил:
— А когда прикажете?
— Да мне сейчас.
— И до какого времени?
— А пока не отпущу.
— На целый день, стало быть-с? Езда большая будет? По городу изволите или, может, за город-с, на острова-с?
— Ну, уж этого я не знаю. Куда поеду, туда и поеду.
— Так-с. Что ж, двадцать пять рублей не дорого будет-с?
— За что это?
— Коляску изволите спрашивать, — спокойно ответил хозяин. — Опять, чтобы закладка была, и одежа кучерская, и резина — все новое. Недорого прошу-с.
— Да ведь мне не на один день.
Хозяин посмотрел на него, приподнял картуз и, едва приметно улыбнувшись, сказал:
— В таком случае тем приятнее-с. Вам помесячно угодно-с? Помесячно ежели — разговор другой-с.
— Вот видишь ли, в чем дело, — заговорил с ним Смирнин на «ты», — я еще сам не знаю, но вернее всего, что экипаж мне понадобится на недельку или дней на десять…
— Так-с. Езду большую предполагаете?
— Да уж там как придется.
— Можно будет так, — сказал седобородый мужик, — чтобы днем лошадей одних, а вечером другую пару.
— Я хотел бы видеть.
— Что ж! Можно-с. — И тут же, что-то сообразив, хозяин крикнул: — Микита, Фрол! Подь-ка, ребята, выводи караковых Платицына! — Затем обернулся к Смирнину: — Сию минуту-с. Лошади преотменные, призовые. Таких лошадей в Питере мало, по пяти с лишком вершков росту, голова к голове, так пара съезжена, что, кто увидит, рот разинет.
— И коляска?
— Насчет экипажа не извольте беспокоиться. Коляски есть самые охотницкие. От первых мастеров экипаж держу-с. Щигренем обивку можно, а то есть и голубого сукна.
— Шагреневая лучше.
— Как прикажете-с! Вам, барин, присесть не угодно ли? Вот тут, на солнышке, лавочка у нас приспособлена.
Он пошел вперед, обтер скамейку полою своего длинного армяка, и Иван Павлович сел.