— Я только говорю, что, если такое произошло с Томасом Ногути, самым блистательным судмедэкспертом в США, ну, кто из вас, защитников-служителей, будет в безопасности? Хватит и одного окружного ревизора, которому шлея под хвост попала.
Тотальное молчание.
— Йети?
— Я наслаждался спокойным семейным вечером с миссис Бьёрнсен и детишками, с собачкой, Лоренса Уэлка смотрел, а теперь погляди, что ты наделал.
Док услышал, как сняли отводную трубку. Женский голос с очень крутым фронтом импульса и очень коротким периодом затухания произнёс:
— Всё в порядке, Киткотик?
— Что это? — сказал Док.
— Это миссис Невина Бьёрнсен, а если это ещё один антиобщественный «особый сотрудник» моего супруга, я буду вам благодарна за то, что вы перестанете его третировать в его выходной день, поскольку ему и так есть чем заняться всю неделю, когда он очищает улицы от наркоманов и такого отребья, как вы.
— Ну, ну, моя бойзенова ягот-ка. Спортелло лишь демонстрировал своё представление о чувстве юмора.
— Док Спортелло? Тот самый Док Спортелло? Ага! наконец-то! Мистер Низменность собственной персоной! Вы хоть понимаете, на какую сумму у нас счета от терапевта, за которые вы несёте личную ответственность?
— Ну, дорогулечка, большинство всё равно оплачивает Управление…
— После вычетов, которыми и лошадь подавится, а меж тем, Христиан, я отказываюсь понимать твою бесхребетную реакцию на этого жалкого урода-хиппи с его нескончаемыми провокациями…
Док обнаружил, что у него закончились сигареты. Положил трубку на кухонный стол и пошёл искать блок «Холодков» — и после длительных розыскных мероприятий тот обнаружился в леднике рядом с остатками пиццы, о которой он забыл настолько, что даже не все ингредиенты, сколь красочны бы ни были они, мог теперь опознать. Несмотря на это, он ощутил позыв голода и решил сделать себе бутерброд с арахисовым маслом и майонезом, отыскал холодную банку «Бурги» и направился в другую комнату щёлкнуть телевизором, когда услышал странные звуки из телефона, чью трубку вроде бы забыли повесить…
— Ой. — Он поднёс инструмент к уху, хотя Бьёрнсенов — уже в разгаре свары с полномасштабными воплями — слышно было даже в кухне: они рецензировали события своей недавней личной истории, с примечаниями, Доку не знакомой, но ему всё равно было неловко, и через минуту-другую расчётов, насколько велики его шансы вставить ещё хотя бы словечко, он повесил трубку на рычаг до того нежно, что словно бы собирался ещё и колыбельную ей спеть, и отправился досматривать последнюю пару минут «Адама-12».
Субботним фильмом ужасов сегодня был «Я гуляла с зомби» Вэла Льютона (1948) — его представляла субкультурная суперзвезда Лэрри Винсент, он же «Симор», который любил обращаться к своему населению верных зрителей «запредельщики», а кроме того вёл ежегодное шоу на День всех святых в театре «Уилтерн», которое Док старался никогда не пропускать. Эту картину про зомби он уже смотрел пару сотен раз, но конец его всё равно сбивал с толку, поэтому весь следующий час он сворачивал косяки, чтобы помогли продержаться, а особенно — вытерпеть пение калипсо, — однако же, несмотря на все свои усилия, уснул посередине, как с ним часто бывало и прежде.