Калли прикусила губу.
— Понимаю, это будет не совсем уместно.
— Спасибо. Предпочитаю, чтобы в этой кровати нас было двое.
— Считай, что договорились.
Рен сел, удерживая ее на коленях.
— Сейчас я сниму оставшуюся одежду.
— Я и не заметила, что ты одет, — нахмурилась она. — Там тоже шрамы?
— Несколько, — усмехнулся он. — Не о чем беспокоиться. Нога была сломана в нескольких местах, но боли внутренние…
Она позволила ему ссадить себя с коленей, правда, в процессе ему удалось украсть поцелуй и прикусить сосок. Ощущения Калли испытала весьма приятные.
И тут он встал. Калли опустилась на колени, не желая пропустить ни движения. Первыми были сняты сапоги. За ними последовали брюки и подштанники до колен. Теперь он ничего не утаивал.
Капли с восторгом уставилась на мужа.
— У тебя прекрасная фигура! И ты стоишь куда прямее, чем при первой встрече.
— Ты хорошо на меня действуешь, — заметил он.
Лицо ее порозовело, а глаза стали огромными.
— Спасибо, — выдохнула она, но тут же приняла свой обычный тон. Калли указала на восставшую плоть, фаллос, благодаря ее пристальному вниманию и фривольному костюму куртизанки, победно вздымался.
— Ты собирался объяснить, как поместишься во мне.
Рен приблизился к жене и протянул руку:
— Пойдем со мной.
Он подвел ее к стоявшему перед камином креслу и снова усадил себе на колени. Розовый шелк переливался в свете пламени, и сейчас она стала похожа на восходящее солнце.
— Сейчас твое лоно тугое и тесное, как ножны для шпаги, — пробормотал он ей на ухо. — Чем дольше я буду целовать и ласкать тебя, тем более ты возжелаешь меня и станешь влажной от страсти. И тогда я проникну в тебя, и это будет словно возвращение домой.
— О господи!
Он приподнял ее подбородок и глянул в широко раскрытые от удивления глаза.
— Сначала будет больно. Всему виной тонкий барьер плоти, он защищает твою девственность. Я его разрушу, когда проникну в тебя впервые. Некоторым женщинам бывает очень больно, некоторым — не слишком. Я не узнаю этого, пока не войду в тебя, очень нежно и медленно. Но я так сильно хочу тебя, Калли, а потому плоть моя велика, слишком велика. Я никогда еще не испытывал такого желания.
Она пошевелилась. Он заметил, что она плотно сжала бедра.
— Ты знаешь, что такое оргазм, сладкая моя, но вряд ли испытаешь его в первый раз, если только я сначала не подарю тебе его.
Калли судорожно сглотнула:
— Сначала? Ртом? Думаю, мне понравится.
— Да, и поможет, когда мне придется в тебя вторгнуться.
Она положила голову ему на плечо и провела кончиками пальцев по груди.
— Мужчины такие разные, — пробормотала она, гладя плоский сосок. — Тебе хорошо?