– Ирочка, мы ничего не сделаем этому несчастному китайцу. Он всего-навсего немного покатается с нами по Неве, ведь ты сама говорила о том, что «Стальной кит» приспособлен для катания туристов. А китайский консул – всего лишь турист. Но именно от тебя, от твоего обаяния будет зависеть все – успех или полное поражение. Знаешь ли ты, что взялась за дело ответственное и опасное: если нас раскроют раньше, чем мы сами огласим китайцам наши цели, то заключение, лагерь нам с тобой обеспечены. Может случиться и так, что китайцы расколят нас, но русским властям не выдадут и решат разобраться с нами по-свойски, по-китайски, ведь их консульство – это часть китайской территории. А я знаю, что китаезы изобретательны в пытках и казнях: у них принято бить бамбуковыми палками по пяткам, что невыносимо больно, они казнят людей при помощи ростка бамбука, который, становясь больше и больше, прокалывает лежащего на земле человека. Правильно сказал Володя – они умный, изобретательный народ! Ну так помоги же сделать все, чтобы наша операция завершилась успехом: если мы заманим консула на лодку, то в любом случае получим много денег! Нам их дадут или китайцы, чтобы вернуть дипломата, или наши, боящиеся международного конфликта. Так ты все обдумала, Ирина?
Казалось, после того как Флажолет посулил ей и пытки, и казни, девочка стала сомневаться, но спустя несколько секунд Иринка с улыбкой, спокойно, безо всякого героизма и патетики в голосе сказала:
– Я ничего не боюсь. Постараюсь сыграть свою роль на «пятерку»…
Флажолет по-бабьи всплеснул руками, потом схватил ими Иринкины руки и шумно их расцеловал:
– Ах ты наша Жанна Д’Арк, ах ты Зоя Космодемьянская, ах ты Мата Хари! Вот, глядите, немцы гороховые, на русских девушек! Им и приказывать не надо – сами в бой идут, в огонь лезут, лошадей на ходу останавливают! Хорошо, хорошо, Ирочка! Если все будет о’кей, я выдам тебе одну треть гонорара, нет, даже половину, – впрочем, это уже многовато будет. Да, тысяч пятнадцать ты получишь!
Но тут соловьиные трели Флажолета были грубо прерваны словами Кошмарика, смотревшего на Иринку, улыбающуюся и довольную, весьма недоброжелательно:
– Постой, Флэг, ты что, очумел? Ты кого с собой берешь? Девчонку? Да она, чуть ей померещится что-то, всякое самообладание потеряет, рассопливится, к маме запросится и все наше дело испортит! Подумаешь, роль она, видишь ли, сыграть захотела! Актрисочка! Нельзя ее ни в коем случае брать! Разве не Ирина тебя всю дорогу то вором, то мерзавцем называла? Возьми лучше Смычка – он куда надежней!