Через три минуты после того, как пробило половину восьмого, раздался звонок в дверь. Эти три минуты я отметила особо, потому что такие детали — ключики к пониманию личности человека, близости с которым я ожидала. Никаких ожиданий, напомнила я себе, с непринужденным видом спускаясь по лестнице. Юбка терлась о колени и шуршала. Эластичное кружево, пожалуй, слишком обтягивало. Ничего не жди!
Я открыла дверь. Если бы я все же лелеяла некие ожидания, в этот момент мне пришлось бы с ними решительно расстаться, потому что на пороге рядом с Оксфордом, на шаг впереди, с решительным видом стояла Верити, которой тот вежливо улыбался.
— Привет, — весело сказала она. — Я уже представилась.
Меня перекосило, но я взяла себя в руки и приветливо улыбнулась, глядя поверх ее головы. Она ответила улыбкой, изображавшей святую простоту, ведь моему кавалеру и в голову не должно было прийти, что Верити его в чем-то подозревает.
Итак, мне необходимо было решить задачу. Когда твой новый знакомый стоит на пороге рядом с твоей подругой, как избавиться от нее так, чтобы он не подумал, что ты — вероломное чудовище? Конечно, мне бы хотелось просто сказать Верити: «Проваливай отсюда», — однако, чтобы не уронить себя в глазах Оксфорда, я обворожительно улыбнулась и, придерживая дверь, пропустила обоих в дом.
Оксфорд вошел первым, но, прежде чем я успела через плечо послать Верити последнее прости, обернулся и сказал нечто, судя по всему, лестное. Я даже не поняла толком, к чему относился комплимент, потому что голова была занята исключительно тем, как избавиться от Верити. И еще потому, что она успела шепнуть, кивая на мое декольте, что я чересчур оголилась. Это было возмутительно с се стороны. У нее грудь обычно вздымалась до самых ключиц, являя собой нечто вроде половинок крупного грейпфрута, более того, она никогда не останавливалась перед тем, чтобы обнажить соски.
К тому времени когда мы оказались в гостиной, присутствие Верити стало печальной неизбежностью, так что мне пришлось их знакомить. Верити улыбнулась, пожала Оксфорду руку и пристально его оглядела.
— У вас на левой щеке родинка, — констатировала она и стала изучать ее так, словно готовилась к составлению фоторобота.
Я предоставила их самим себе, лишь сообщила, направляясь к двери:
— Пойду возьму плащ. — И добавила, обращаясь к подруге: — Верити, тебе что-нибудь принести?
— Что ж, я бы не отказалась выпить, — живо откликнулась она, на что я вовсе не рассчитывала.
Я бы тоже не отказалась, отметила я про себя и, взлетая по лестнице, весело крикнула: