Губернатор повернулся к слугам и что-то коротко приказал. Слуги забегали по комнате, собирая с полу персидские ковры. Гумилев наблюдал за их суетой с любопытством. Этих слуг нельзя было назвать расторопными, однако они очень старались, и вскоре большая часть ковров была вынесена во двор.
– Ну вот, – с улыбкой сказал юный губернатор. – Теперь мы можем выйти во двор и сфотографироваться. Если хотите, моя жена может к нам присоединиться.
– Это было бы замечательно! – ответил Гумилев.
2
Для первых кадров Тэфэри позировал один. Затем к нему присоединилась жена. Это была стройная еще девушка лет двадцати с чрезвычайно милым лицом, правда, формы ее уже начали приобретать женскую округлость.
Губернатор усадил жену в нужную позу, оправил ей одежду и попросил Гумилева сделать несколько снимков, чтобы иметь позже возможность выбрать самый удачный. Николай Степанович согласился.
– Принцесса, вы – само очарование! – сказал он, закончив съемку. И, не удержавшись, прочел нараспев: – «Ты светлая звезда таинственного мира»! Это стихи русского поэта, и мне кажется, что они написаны о вас.
Губернаторша улыбнулась и растерянно посмотрела на мужа.
– Ни черта ведь ты не понимаешь, чертова кукла, – проговорил Гумилев, продолжая улыбаться. – Вот так и читай тебе стихи о любви.
Спустя еще полчаса, распивая с губернатором вермут, Николай Степанович был свидетелем удивительной сцены. Юная губернаторша обвила шею мужа руками, поцеловала его в губы и проговорила на чистом русском языке:
– Ты светлая звезда таинственного мира!
Гумилев поперхнулся вермутом. Красавица быстро обернулась, посмотрела на Гумилева насмешливо и вдруг заявила:
– Ни черта ведь ты не понимаешь, чертова кукла!
Гумилев потерял дар речи.
– Ваше превосходительство, – пробормотал он, – я…
– Ошеломлены? Я знаю! – Тэфэри засмеялся и ласково погладил жену ладонью по гибкой, как у пантеры, спине. – Не удивляйтесь! Она не знает русского языка. Она просто запомнила то, что вы ей сказали. У нее удивительная память.
– Неужели? – вскинул брови Гумилев. – На незнакомом языке? Это просто чудо.
– У моей жены много талантов, – сказал Тэфэри. – В детстве ее воспитывал колдун из племени «черных леопардов», и с тех пор она владеет секретами колдовства.
Гумилев улыбнулся. Эти сказки про колдовство ему приходилось слышать и прежде.
– Вижу, вы не верите? – улыбнулся губернатор. Он повернулся к жене и проговорил что-то на своем родном языке.
Губернаторша кивнула и змейкой соскользнула с коленей мужа.
Улыбнувшись Гумилеву озорной улыбкой, темнокожая красавица протянула руку и взяла со стола бутылку с остатками вермута. Она допила вермут прямо из горлышка. Затем поставила бутылку на место, схватила со стола пустую тарелку и выплюнула в нее вермут.