Награжденных приглашают в столовую на небольшой банкет. Всесоюзный староста прощается. У него сегодня много работы, отсюда он поедет на Лубянку, награждать чекистов. Проводив Калинина, Микоян с начальником Инженерного отдела и двумя заместителями поднимается к себе в кабинет. Они выпьют по бокалу шампанского и заодно обсудят текущие вопросы. Расслабляться война не позволяет. Нарком бледен, под глазами синеватые тени. Сталин работает ночами, и все руководство вынуждено подстраиваться под вождя. Верховный любит проверить, на месте ли его соратники. А биологические часы человека ночью требуют сна.
– Ну вот, товарищи, и на нашей улице праздник!
Микоян на правах хозяина разливает пенящийся янтарь шампанского по бокалам. Несмотря на бледность, глаза наркома сияют.
– Добьем гадов! – весело подхватывает генерал Трофимов, принимая из рук Микояна бокал. Руководители чокаются.
Звон хрусталя сливается с телефонным звонком. Анастас Иванович одной рукой держит бокал, другой снимает трубку. Улыбка с его лица мгновенно слетает. Заместители переглядываются. Звонит внутренний телефон, не вертушка, значит – это не Верховный. Почему же так взволнован нарком? Анастас Иванович кладет трубку и ставит бокал с искрящимся шампанским на стол:
– Товарищи, разойдитесь по кабинетам. Освобожусь, позову.
Приказы наркома не обсуждаются. Подчиненные, оставляя полные бокалы, быстро покидают кабинет. В коридорах, где минуту назад слышался смех и радостные возгласы, мертвая тишина. Здание затихает, как лес перед грозой. Сквозь тишину снизу доносится глухой топот каблуков. Десять офицеров с красными околышами поднимаются в коридор, замирая по одному у двери каждого кабинета. Это личная охрана Берии. За ними – сам Лаврентий Павлович. Глава секретного ведомства заходит в приемную. Помощник Микояна полковник Радченко вытягивается и отдает честь. Лаврентий Павлович останавливается, смотрит поверх пенсне на побледневшего полковника. Еле заметная улыбочка кривит его губы.
– У себя? – кивает он в сторону кабинета.
– Так точно, товарищ нарком внутренних дел, – громко отчеканивает полковник, явственно чувствующий, как от посетителя исходит запах смерти.
– Не кричи, я не глухой.
Берия открывает дверь. Анастас Иванович идет ему навстречу:
– Почему не предупредил, дорогой. Я бы стол накрыл… Победу бы вместе отметили.
Наркомы обнимаются, Берия садится в кресло, оглядывает кабинет.
– У тебя и так шампанское рекой. Сколько можно пить, кушать, Анастас? Не одна победа впереди, много их еще будет, так что за столом насидимся. А организм один, береги его для последней… Ты сегодня в Фили не собираешься?