– Да вот Призрак один завелся…
– Да ты что! Так прямо и призрак? Аж на душе зябко…
– Не настоящий призрак, не боись. Агентурный псевдо… псивдо… Кликуха, в общем, такая.
– Рецидивист?
– Наверное.
– Когда ж вы, мои милые, всю эту нечисть искорените, чтоб не мешала людям социализм строить?
– Не сомневайся, ужо искореним! Не сразу только…
– А чего ж тянуть?
– Да тут такое дело… Только ты – тсс!
– Могила!
– А задумал товарищ Берия этот Тайный Суд под себя приспособить – чтоб он врагов народа карал, во как!
– Что-то лепишь ты, Сенечка. Вам что, «троек» мало – троцкистов карать?
– «Тройка» – не то. Так злыдни больно легко отделываются: маслину в затылок – и поминай как звали. А вот прикинь: висит какой-нибудь троцкистско-бухаринский злыдень на дереве, и на шее у него табличка какая-нибудь эдакая.
– Как у Буциса?
– Во-во. Конечно, для всякой мелкоты и «тройки» вполне довольно, а ежели ты – навроде наркома?.. Красиво мыслит товарищ Берия, вот что значит в гимназиях обучался.
– Наркома? Не больно-то?
– А чё? Хоть бы даже этого нашего прошлого.
– Ежова?! Николай Иваныча?! – ужаснулась сержант Синичкина.
– А что, он заговоренный, Николай Иваныч твой? Очень даже ему место с такой табличкой. Мне товарищ Чужак самолично намекал; а ему, Чужаку, – кто? Улавливаешь?
– И что ж, ты задание такое получил?
– Что-то я заболтался тут с тобой, – вдруг посерьезнел лейтенант.
– Так я же – тсс!
– Ну и хорошо, что – тсс! Проехали. Какое Родина поставит задание – такое и выполню[18].
– И с Ежовым тоже?.. Все, все, молчу! Я ж, Сенечка, только за тебя боюсь. Тебе-то самому не стрёмно?
– Ох, скажу я тебе… Бывает, всю ноченьку глаз не сомкну!
– А ты, Сенечка, выпей еще для храбрости. Молодец, вот так! И еще одну! Полную!.. Давай еще – Бог троицу любит!.. Ну, ты как, Сенечка?
– Вот щас – порррядок! Полный порррядок! Самое то! И нет таких пррреград, которые бы большевики…
Раздался грохот. Юрий выглянул из-под одеяла. Лейтенант лежал лицом на столе. Потом с нечеловеческими усилиями он приподнял голову и, устремив перст к потолку, произнес одно только слово:
– Спиногрызы!..
– Ты про что, Сенечка?! – спросила сержант Синичкина.
– Спиногрызы, вот! – повторил лейтенант и погрозил пальцем потолку.
– Какие такие спиногрызы?
– Вот такие вот! Страхолюдные! Сила у них какая – знаешь?! Вроде одну капустку жрут, а – силища! Думаешь, мы с товарищем Чужаком пальцем деланные? Ошибаесся! Потому что – спиногрызы!.. – и пьяные слезы потекли по его лицу.
С каждой минутой его слова все более утрачивали сходство с человеческой речью, но у Кати, кажется, получалось вытянуть из него что-то хоть немного осмысленное. Юрий понял только одно: что у майора Чужака давно уже налажена связь с этими самыми