Ковчег, если не считать нутра его, был закончен. А то, что осталось сделать, не лежало за пределами возможностей одного работящего человека.
Прежде всего, следовало загрузить в лоток перевернутой крыши тяжелый балласт, состоявший из разобранных сельскохозяйственных машин: плуга, борон, конных грабель, культиватора и проч. — и из кузнечных орудий и запаса железных прутов; собственно говоря, всего тяжелого, во время плавания не нужного и вряд ли могущего пострадать от сырости. Возможно, в лотке разместится и сноповязалка, говорил мистер Уайт, вообще же, он предназначен только для крепких и менее других подверженных порче металлических предметов.
На этом этапе он сильно увлекся идеей сноповязалки. И сказал, что для одной, разобранной, место всегда найдется, что она станет для них бесценной помощницей, и что он научится ее собирать, даже если ему придется на это жизнь положить. Правда, оставался еще не решенным вопрос о сноповязальном шпагате.
— Взять столько шпагата, чтобы машина проработала на нем больше двух лет, мы не сможем, — сказал мистер Уайт, — нам для этого места не хватит, а как изготовить пригодный для сноповязалки шпагат, мне не известно, — ну, то есть, это я про Новый Свет говорю.
Теперь новый мир назывался у него именно так и писался в его мыслях с прописных букв, как у отважного Кортеса.
— Даже если мы погрузим в Ковчег, — продолжал он, — столько шпагата, что его хватит на десять лет, выбросив ради того другие необходимые вещи, это все равно окажется невыгодным вложением средств. Нам надлежит думать, — сказал он миссис О’Каллахан и ткнул в нее карандашом, — о грядущих поколениях. В сравнении с Будущим, десять лет значения не имеют, а потому нам не следует гнаться за временными удобствами, жертвуя ради них отдаленными целями.
— Как скажете, мистер Уайт, — вежливо согласилась миссис О’Каллахан.
— В таком случае, жать мы будем косами, — сказал он. — Если нашим детям потребуется жатка-сноповязалка, они ее сами изготовят, с помощью «Энциклопедии Британика». Кстати, надо будет установить насос так, чтобы он доставал до сноповязалки и держал все в сухости.
— Мистер Уайт, — начала миссис О’Каллахан тоном до того жалостным, точно она обсуждала с ним необычайно сложную вещь, которую он попросил внести в список покупок, — вы же знаете, от меня их ждать нечего.
— Знаю.
— Детки, они…
— Я все знаю, миссис О’Каллахан. Мы должны предоставить их Священной Воле Божией.
— Но ведь Бог, — сказала миссис О’Каллахан, смиренно принимая этот удар, — Он же не может сделать невозможное