Нападающие растерялись и бросились бежать, укрываясь в дубняке. Они мгновенно потеряли удобную позицию и превосходство на левом фланге.
Те из защитников, кто не успел вскочить на лошадь, присоединились к Медведеву, остальные догоняли их пешком, крича во все горло и размахивая саблями.
Но Василий не стал преследовать противника в дубовой роще. Он знал, что после первого ошеломления враг сгруппируется, объединившись с лучниками тыла.
Василий отправил конных людей во главе с Картымазовым перекрыть дорогу к отступлению на монастырь и ждать в засаде.
Оглянувшись, Медведев взглянул на покинутые дома. Там никого, кроме раненых, не осталось. Это было очень нехорошо. Небольшой отряд во главе с Климом ушел далеко вперед и в погоне за неприятелем углубился в рощу, рискуя быть отрезанным.
Меж домов показалась Анница. Махнув издали Василию рукой, она помчалась по дороге в Картымазовку, догоняя телегу с ранеными и показав жестом, что половина раненых осталась в одном из домов и она за ними вернется, когда отвезет этих.
Медведеву очень захотелось броситься за ней вдогонку, но надо было выручать увлекшегося Клима.
Увидев Сафата, который мчался в рощу с намерением возместить людям князя Вельского все дни своего пребывания в темнице, Василий буквально силой оттащил его в сторону.
Сафат, разгоряченный боем, сердился и ругал Медведева на родном языке, даже не замечая, что Василий тоже говорит с ним по-татарски. Сообразив это, Сафат изумился и замолк, а Медведев немедленно воспользовался перерывом в потоке проклятий и сказал:
— Сафат, я знаю, что ты хороший воин, но еще десять минут, и мы все выдохнемся. Ты видишь — они объединились с лучниками, и теперь врагов стало почти вдвое больше! Нас может выручить только хитрость. Люди Вельского еще не разглядели тебя как следует...
Медведев собрал десяток людей и отправил их с Сафатом, а сам крикнул Климу, чтобы он отступал. Клим удивился, но приказ выполнил.
В это время неприятель спохватился, усилил напор, и вскоре защитники Березок, оказавшись окруженными с трех сторон, стали отступать. Их ряды поредели: часть людей вышла из боя вместе с Сафатом, а часть сидела в засаде на монастырской дороге вместе с Картымазовым. Правда, остался еще Филипп, который с десятью людьми бодро выдерживал натиск большой группы противника, однако долго это не могло продолжаться.
И в тот момент, когда силы защитников, казалось, дрогнули, а нападающие с торжествующими криками бросились вперед, со стороны Медынской дороги вдруг раздался дикий устрашающий боевой татарский клич и сбоку, как ураганный вихрь, ударил Сафат.