– Значит, красные мозговые импульсы…
– …принадлежат поглотителю по имени Джошуа.
При звуке своего имени мужчина на столе дернулся и повернулся.
– Я сражался за короля и страну, когда вас еще и на свете не было! – бросил он. – У вас нет права так со мной обращаться. Я просто хотел жить!
– Значит, у вас получилось, – сказал Грейнджер. – Вы выделили две различные волны, а это означает, что вы можете их разделить.
Диас не был в этом столь уверен.
– Выделить волны – это одно, – предупредил он, – а разделить – совсем другое…
– И слышать не желаю! Вытащите чужеродную информацию из мозга хозяина. При необходимости удалите ее.
Человек в теле Дэвида Фостера протестующе взвыл.
– Это не так просто, – твердил Диас. – Я еще никогда не использовал эту технологию таким образом. Нам потребуются недели, даже месяцы, чтобы протестировать ее, прежде чем мы…
– У нас нет недель, – отрезал Грейнджер. – Возможно, у нас нет и дней. Мне нужно убедить весь мир, что Перенесенные больше не представляют собой угрозы, что в Метасфере снова безопасно.
– Я понимаю, мистер Грейнджер, но настоятельно рекомендую…
– Тебе нравится жить здесь, Эрель, так ведь? Тебе удобно в твоем доме в Гринвич-Виллидж? Тебе нравятся бесконечные мероприятия Лори Вайсберг?
– Да. Но, мистер Грейнджер…
– Как думаешь, кто оплачивает все это?
– Вы, мистер Грейнджер.
– Не я. Метасфера. Метасфера спонсирует тот образ жизни, к которому ты привык. И эта Метасфера теряет пользователей быстрее, чем тают ледники в Гренландии. Когда я нашел тебя в фавелах Рио, твою ожидаемую продолжительность жизни можно было измерять месяцами. Как долго ты протянешь за пределами этого изумрудного города, Диас? Сколько проживешь в трущобах Лонг-Айленда или на задворках Нью-Джерси? Сколько?
Хирург опустил голову:
– Я найду способ.
Иона вздохнул, снова оказавшись в реальном мире. Только что он спал на виртуальном пляже, наслаждаясь теплом солнца, которое не могло его опалить. В реальном же мире он сидел в пассажирском отсеке гидросамолета. Кресло с откидывающейся спинкой было более удобным, чем сиденья пилотов, но его шея и ноги все равно затекли.
Он поднялся и потянулся. В иллюминаторы проникали солнечные лучи. Ионе показалось, что он слышит два голоса: один из них принадлежал Сэм, а другой – какому-то мужчине. Юноша вошел в кабину.
Сэм, сидящая на месте пилота, повернулась, чтобы поздороваться с Ионой.
– Хорошо поспал? – спросила она.
Иона ответил утвердительно.
– Я думал, землю уже видно, – сказал он.
Во все стороны простиралось лишь синее море и голубое небо.
– Не паникуй, – предупредила его Сэм, – но, пока ты спал, я изменила курс.