— О чём задумался, мыслитель? — спросил первый.
Второй одёрнул его.
— Не отвлекай: он сейчас подсчитывает мамино наследство, старушка ведь кое-что поднакопила и припрятала…
Они ухватили его с двух сторон за локти.
— Пойдём к тебе, откроем её сундучок, пошуруем под бельишком, — предложил первый.
— Может, и нам чего перепадёт, из-под мамочкиного нафталина, — подхватил второй.
Они оба рассмеялись и потащили его к подъезду. Он почувствовал, как исклёванный болью рассудок вдруг отключился — захлестнула волна раскаленной ярости. Резким ударом локтя в шею он вырубил одного из напавших, тот упал. Следующим ударом согнул пополам второго, потом ухватил его за кисть и вывернул её. Тот завопил:
— Пусти! Больно!
— Потерпи, это не долго. Ты сейчас будешь извиняться перед мамой, пока она тебя не простит.
— Ты что, спятил? Она же уже на том свете!
— Вот и ты сейчас там будешь.
Он размахнулся, чтобы добить поддонка, но тому повезло: трое спортсменов, наблюдавшие эту сцену, успели подбежать и буквально повисли на Нельсоне.
— Хватит, мужик! — остудил его старший из троицы. — Ты — молоток: проучил дураков — и разбежались. А то убьешь их нахрен, и в тюрягу сядешь. Тебе это надо? Иди домой, остынь, а мы этих гавриков поставим на ноги и в полицию сдадим, и всё расскажем: мы видели, как они к тебе приставали.
Волна ярости отхлынула. Нельсон пришёл в себя, увидел лежащего на земле одного из хулиганов, которого с трудом приводили в чувство, потом перевёл взгляд на второго, который всё ещё растирал травмированную кисть, и обратился к «спортивной троице»
— Спасибо, ребята!..
Старший, отмахнувшись, прервал его:
— Да не за что — ты сам с ними справился. Пусть благодарят Бога, что живыми остались.
— … именно за это вам и спасибо! — завершил свою мысль Нельсон.
В монастыре, в келье Елены, настоятельница напутствовала её:
— Дочь моя! Ты просила меня сказать, когда Господь сможет простить тебя и разрешит вернуться к мирской жизни. Я все эти месяцы пристально наблюдала за тобой и, по моему разумению, этот час наступил: ты покаялась, отмолила свои грехи и я уверена, что Господь простил тебя. Иди с миром, возвращайся в город, привыкай опять к мирской жизни, создай семью, рожай детей и будь счастлива.
— Я в город ещё не хочу. Я ещё поживу возле вас, сниму домик, здесь, недалеко, на опушке — с хозяином уже договорилась. И он даст мне свой старый велосипед — ездить на станцию, за продуктами. Поживу так несколько месяцев, буду готовиться к экзаменам, навёрстывать упущенное.
— Господь в помощь! А я не перестану за тебя молиться.