Мальчик лет восьми-девяти, не больше, чистил скребком серовато-коричневого ослика перед домом. Эта развалюха выглядела хуже, чем здания по соседству, но ее окружали гектары аккуратных грядок. Здесь явно требовалась помощь по хозяйству, а работала, видимо, лишь эта пожилая женщина.
Салим следовал за ней.
На полпути к дому она, не останавливаясь, взглянула через плечо. Выглядела она хмурой. Салим ускорил шаг и почти догнал ее. Теперь он мог различить морщины на ее обветренном лице. Откашлявшись, он поздоровался. С виду она не походила на афганку. Полная, с тронутыми сединой волосами, подстриженными по-мужски. Ткань ее платья в цветочек оказалась такой плотной, что подол вздулся колоколом, не касаясь ног.
Бросив взгляд на Салима, она что-то пробормотала в ответ. Указав на желтое здание впереди, мальчик спросил, не нужны ли там еще работники. Нахмурившись, она помотала головой, но он продолжал идти – она могла и не понять вопроса.
Используя все свои знания английского, Салим попытался устроиться к мистеру Полату, долговязому хозяину фермы. Тот окинул его взглядом с головы до ног и пожал плечами. Так Салим стал сезонным рабочим.
В конце первого дня мальчик долго не уходил, ожидая, что фермер заплатит за его труд. Но мистер Полат покачал головой, отказываясь платить. Он сказал, что сегодня Салим просто учился, и велел прийти завтра и заработать свои деньги. Салим прикусил язык и сдержался, пока не вышел на освещенную закатным солнцем дорогу, где уже топал ногами и плевался. Женщина, которая целый день работала рядом, молча смотрела на него. Пока они ждали грузовики, чтобы ехать обратно в Менген, он сунул руку в карман и продел запястье в браслет часов. Как объяснить мадар-джан, что он работал целый день и не получил ни гроша?
Салим без особой охоты проработал целых четыре дня, получая лишь бутерброд из куска жареной курицы на ломте черствого хлеба. Он собирал помидоры до боли в спине и онемения пальцев. Позже он узнал, что женщина, которая привела его на эту ферму, – армянка. По-английски она не говорила, но смогла объяснить Салиму две важные вещи. Во-первых, как отличать спелые помидоры от неспелых. Во-вторых, что Полат в конце концов все-таки заплатит. И Салим терпел. У него не было выбора, а на другой ферме ему могли снова назначить испытательный срок.
В конце недели Полат сунул Салиму в руки несколько скомканных купюр. Никто ничего не обсуждал и не торговался. Салим уставился на деньги, едва заслуживавшие упоминания, и кивнул. Этого не могло хватить даже на еду для семьи.