И все же я боролась с каждым заклинанием, что давала мне леди Илейн. И постепенно мрак марта отступал, и я начинала ощущать тепло весны, когда проникала наверх, а мои навыки стали лучше. В начале апреля я уже могла оставаться скрытой три часа.
Еще две недели я работала над другой важной песней. Песней, которая уничтожит гримуар. Пока я делала это, я старалась отогнать тревоги о Нате. Я напоминала себе, много раз, что он был умным и смелым, умел избегать опасности. Конечно, он был в порядке. Но шли недели, он не возвращался, а мои страхи усиливались.
† † †
- Признаюсь, я тоже беспокоюсь, - сказал мне Пенебригг, когда наступила его неделя визитов ко мне. Я была рада видеть его, как и посылку, что он передал от Норри с ее любовью, но когда он рассказал о своих страхах, мне стало не по себе. Если тревожился Пенебригг, то был настоящий повод для беспокойства. – Мы получали вести от них через нашу цепь союзников до прошлой недели, - сказал он. – Там ходят солдаты, как они и ожидали, и много дозорных, потому они не могут добраться до места. А потом вести пропали. И уже неделю не приходит ни слова.
Я напомнила себе, что кузен Дипса, Иосия Квик, пропадал, но вернулся в Лондон невредимым.
И Пенебригг вспомнил о том же.
- Такое случалось и раньше, конечно. Они где-то спрятались, и мы скоро их услышим. Скажи лучше: как там твоя магия?
- Неплохо, - осторожно сказала я, леди Илейн могла нас слышать. Она продолжала верить, что мое обучение магии – священный секрет. Когда посетитель из Невидимого колледжа проявлял нетерпение, она напоминала о своей позиции и выгоняла их.
- Ты скоро будешь готова? – спросил он.
- Думаю, очень скоро.
Леди Илейн подошл к нам, как порыв холодного ветра.
- Доктор Пенебригг, уверена, вам есть, чем заняться. И нам тоже. Люси не станет лучше без уроков.
- Конечно, конечно, - Пенебригг встал и обхватил мою руку. – Береги себя, милая. И старайся не беспокоиться из-за Ната.
Он мог с таким же успехом просить звезды не сиять.
Чтобы сдерживать страхи, я заставляла себя работать усерднее, чем раньше, всю неделю. Глаза крестной сияли, когда она смотрела, как я учусь.
- Песни разрушения среди самых сложных, - сказала она. – Особенно, эта. Но ты хорошо справляешься.
Когда Невидимый колледж попросил меня показать свои результаты, леди Илейн разозлилась.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
ДЕЛЕГАЦИЯ
Когда пришла делегация из Невидимого колледжа, я спала. Обычно я не спала днем, но я работала ночью до этого над песней разрушения, и мне хотелось отдохнуть. Я проснулась, услышав возмущения леди Илейн: