За дверью обнаружился еще один подвал, еще более темный и затхлый, чем первый.
— Вот это мы уже под двенадцатым домом! — сообщил бомж тоном завзятого экскурсовода.
— А как же сюда люди попадали? — спросил его Маркиз. — Тут же никакой лестницы нет.
— Это сейчас лестницы нет, — неохотно согласился Степаныч, — ее лет десять назад сломали и ход заложили. А кроме лестницы, здесь есть этот… вроде как лифт, на котором прежде дрова в квартиры поднимали. Или, к примеру, картошку.
— Лифт? — переспросил Маркиз, изображая недоверие. — Что-то я никакого лифта тут не вижу.
— Что ж ты думаешь, он такой, как теперь делают — с дверями и кнопками? Нет, парень, он не такой! Он ведь не для людей, а только для дров и для других хозяйственных надобностей!
— А мне кажется, что ты заливаешь! — возразил Леня. — Нет тут никакого лифта!
— Ты что же — мне не веришь? — возмутился бомж.
— А людям вообще можно верить только в самых исключительных случаях!
— Ну так смотри! — бомж подошел к стене, которая на первый взгляд ничем не отличалась от остальных, и сдвинул ее в сторону.
Оказалось, что часть стены — это большая доска, сдвигающаяся, как дверь купе. За ней обнаружился темный квадратный пролом в стене, откуда потянуло сквозняком.
— Вот он, тот самый лифт и есть! — гордо заявил бомж. — Как видишь, я тебе не соврал, поскольку не имею такой привычки! Так что эта… ик-скурсия закончена, пора рассчитаться по таксе и разойтись.
— Подожди, Степаныч, я еще хочу этот лифт обследовать! — ответил Маркиз, заглянув в проем. — Интересно мне, как он устроен. Никогда раньше такого не видел.
— Ты же обещал, что только посмотришь и уйдешь, и денег мне заплатишь…
— Насчет денег можешь не сомневаться, денег я тебе дам, но лифт я все же обследую…
Маркиз протянул бомжу пару купюр. Тот уставился на них с благоговением: таких больших денег он не видел очень давно, а может быть, и никогда.
— Лады? — осведомился Леня.
— Нет вопросов! — Степаныч преданно ел его глазами, как новобранец генерала. — За такие деньги я тебя, мил человек, готов до самого утра по подвалам водить!
— Водить меня никуда не надо, дальше я сам, а ты забудь, что со мной встречался!
— Уже забыл! — И бомж исчез в глубине подвала.
Маркиз проводил его взглядом и огляделся.
Теперь он знал, как двенадцать лет назад исчез из своей квартиры ювелир Чюрленис. Он спустился на кухонном лифте до квартиры Щеглова. Мог бы спуститься и прямо в подвал, но он был человек пожилой, в плохой физической форме. Из квартиры Щеглова Чюрленис пришел в подвал, через подвал — в соседний дом, а оттуда его вынесли на носилках двое сообщников и увезли на машине «скорой помощи».