– Частенько… Провожу, так и быть. Все одно ночлег пора искать.
Ноэль развернулся и с удивительной резвостью зашагал по склону, заросшему жесткой травой. Лу едва поспевал за ним. По мере отдаления от моря трава становилась выше, за гребнем холма она уже доходила до пояса. Старик уверенно шел по едва различимой тропе. Ее очертания с трудом угадывались по примятой траве и сломанным веткам колючего кустарника, который в изобилии рос на пути.
Лу пытался глядеть по сторонам, надеясь найти на репейниках клочки одежды или волосы, принадлежавшие преступнику. Хозяин прав: если по этой тропе редко ходят, они вполне могли уцелеть. Увы, кроме нескольких обрывков от лохмотьев Ноэля, он ничего не обнаружил.
Несколько раз парень едва не упал: заглядевшись по сторонам он совсем позабыл о пересохшем ручье. Лу искренне порадовался, что не сломал ногу. Хороши бы они тогда были с доктором: двое калек. Ведь говорил он хозяину, что места тут гиблые…
Кусты тем временем становились все выше. Лу натянул шляпу на самые уши, чтобы не зацепиться волосами за ветки и колючки. Слуга шел за старым пьяницей, уворачиваясь от потревоженных им прутьев, которые пытались хлестнуть по лицу. Наконец впереди мелькнул просвет. Ноэль пригнулся, раздвинул руками колючие ветви и вышел на дорогу.
Ступив на твердую почву, Лу огляделся:
– Ты же здесь на нас выполз, когда доктор с лошади упал?
– Туточки, самое то место! – кивнул Ноэль.
– Я и забыл, как близко от дома старухи дорога!
– Что ж удивительного, – пожал плечами старик, аккуратно обирая репейники с ветхой одежды, – Дом ведьмин прямо за холмом, а дорога к деревне кругом идет. Ты как, обратно напрямик пойдешь или к матери заглянешь?
– Охота была ноги ломать! Берегом к хозяину двину, – ответил Лу.
Вместе они дошли до деревни, где распрощались, и молодой слуга зашагал дальше в одиночестве. Солнце клонилось к закату. Местные закрывали ставни, таращась из окон на высоченного парня. Кое-кто махал ему. Ни один не хотел радоваться такому славному деньку, все будто торопились ухватить частичку солнечного тепла и сберечь ее до следующего утра.
Парень миновал дом кузена Люка, прошел мимо запертого сарая Тибо и побрел по песку. В голове неспешно роились мысли, наползая одна другую. Доктор что-то толковал про пятерых подозреваемых помимо их компании… Кто же этот пятый мог быть?
Тибо и Люк – ясное дело. Еще старый Ноэль всю ночь где-то ошивался без присмотра. Едва ли этот пьяница мог всерьез замыслить недоброе против Клементин, но они никогда не ладили – это точно. Мать на свою беду заночевала в гостиной, ожидая их с Кларис, и теперь тоже под подозрением. Но кто же пятый-то? Ведь доктор ясно говорил, когда допросил взрослых, что все дрыхли по домам. А из дома старосты никто надолго не выходил, Лу это точно помнил.