– На арене есть доступ к четырем изначальным элементам для стихиариев, свободные пространства для прямого боя, всевозможные укрытия для обороны. Отсюда не видно, но там, внизу, достаточно различных материалов для творения вроде железа или древесины. Всего претендентов будет двое: финал ведь. Господин Илиас встретится с вами после того, как одержит победу. Хотя в этом году бой обещает быть жарким: против него выйдет Механизм Разрушения.
– Кто-кто?
– Один безумный волшебник родом, если слухи не врут, из Бреоники. Честно говоря, даже с нашей пестротой рядов никогда не встречал ничего подобного.
Над трибунами раздался очень низкий гудящий звук. Он легко заставил несколько тысяч глоток заткнуться, чтобы голос незримого ведущего мог звучать громче.
– Сегодня сойдутся в магическом поединке двое волшебников, дабы победитель мог гордо носить титул чемпиона Гильдхолла, самого могущественного мага в королевстве Риден! Один из них хранит этот титул вот уже на протяжении пятнадцати лет – глава гильдии «Любимцы Фортуны», признанный сильнейшим магом Ридена Илиа-а-а-а-ас Фортуна-а-а-а!
Сквозь возникший овал портального окна на арену вышел мужчина, по виду в самом расцвете сил, ладно скроенный, с приятным лицом и длинными каштановыми волосами. Его мантия медленно переливалась всеми цветами радуги. Фортуне было лишь немного за девяносто, и он относился к числу самородков от магии, которые в столь молодом возрасте достигали уровня архимага. Кроме того, он создал и поднял на вершину свою гильдию, укрепляя ее позиции собственным чемпионским титулом и негласным положением верховного мага Ридена.
Зрители рукоплескали.
– Претендент на титул чемпиона стал частью Гильдхолла совсем недавно, но уже превратился в легенду, которую знаете все вы! Волшебник, сделавший себя сам! Тот, чье тело – металл, чья кровь – огонь, чья страсть – уничтожение! Механи-и-и-и-изм Разрушени-я-а-а-а-а!
Не знавшие, чего ожидать, могли принять претендента за громадного витязя, от шеи до пят закованного в некрашеный серый металл, мерцающий вытравленными в нем магическими знаками, но опытный взгляд видел совершенно иное – нечто чудовищное.
– Это извращение над человеческой природой, – сказал Тобиус.
– Да, – согласился Штербен, – еще какое. То есть таких, как я, Церковь преследует, а он ходит себе, лязгая… всем телом. Где справедливость? Oyun arche[18], вот где!
Механизм Разрушения был высок и обширен, тело ему заменял массивный, сплошь металлический каркас, покрытый броней с вытравленными в ней чертежами стационарных заклинаний и пылающими энергией магическими знаками. Фактически от человека в этом волшебнике осталась лишь голова, да и то не полностью – левая часть черепа была покрыта металлом, а в глазнице пылал красный шар. В правой руке претендент нес цельнометаллический молот на длинном молотовище; левая его рука походила на одну из тех скорострельных малокалиберных пушек с шестью стволами, которые делали гномы; ноги напоминали массивные звериные конечности. Механизм Разрушения шел переваливаясь, грузно, тяжело, а труба, торчавшая из его горбатой спины, выбрасывала в воздух черный дым и искры.