— И ты? — спросил Джонни горько.
— А что мне это даст? — не стал ломаться Дэн. — Ты, раз сюда попал, оставайся лучше. Тут у всех документы на входе отбирают, удостоверение не спрашивают, если на работе. А мне как раз не выйти никуда…
— А ты всё тот же, рядовой Ха-ня? — ухмыльнулся Джон, — не похожи мы с тобой, Дэн.
— Да фигня это! — убедительно заговорил Дэн. — Я тебе свой жетон отдам. Ты его сержанту в начале работы сдашь, он его отметит после смены и жетон вернёт. И всё!
— А как узнать в какую смену, к какому сержанту?
— Блин, если ночью, фуры разгружаем, начинается смена, пока не разгрузим. А днём фургоны так же загружаем. Сколько погрузок вывезешь, столько и отметят. Ты парень крепкий, нормально срубишь, и я тебе половину потом отдам, идёт?
— Половину? — посомневался Джон, — хрен с тобой, посмотрю, как пойдёт.
— Нормально пойдёт! — заверил его Дэн, — если я по семьдесят зашибал, ты легко сделаешь сотню! Только попроси Томаса, чтоб пожрать мне с тобой передал…
— Харпёра? — удивился Джонни.
Дэн поведал о грустной судьбе Харпёра. Новые власти выперли беднягу с кухни и перевели в баландёры. Нынче солдатиков, вообще, в столовку не пускают, кормят только на рабочих местах — через каждые четыре часа полагается по пятнадцать минут. А бедняга Томас со сменным помощником катает тележку с баками, полными похлёбки, чаю, и с коробами с посудой и хлебом. Едва успевают всё отмыть между обходами, да и навряд ли стараются, солдатики и так всё съедают без гражданских претензий. В кухне же угнездился товарищ Брюс, редкая, молодая, узкоглазая сволочь, но готовит вкусно, и много, и хлеба не жалеет никогда, и чай у него получается особенный. Видно, что старается парень, ничего не скажешь. Его с кухни вообще не выпускают, и каково ему там, неясно, только передал через Харпёра пару приветов и всё.
Ага, смекнул Джон, втянули толстого в политику, охмурили бедолагу. Но сейчас это к лучшему, будет с чего начать разговор. Что ж пора отправляться в ангар на работу. Отдохнуть бы не мешало, денёк выдался хлопотный, но времени мало до завтрашнего обеда, и часов всего сорок.
— Вот подойдёшь к товарищу Томасу, — перешёл Дэн на привычный подпольный тон, — передашь ему привет от Смотрящего сквозь.
— Сквозь что? — не понял Джонни.
— Сквозь всё, блин, — раздражился Дэн, — псевдоним у меня такой, подпольный.
— Сам, что ли, придумал, глазастый? — ухмыльнулся Джонни.
— Вот передашь ему от меня привет, — сухо продолжил Дэн, — он тебе подскажет, в смену какого сержанта лучше воткнуться…
— Ага, а по-другому Харпёрушка со мной и говорить не захочет? Ну, давай свой жетон, — протянул было руку Джонни, но резко остановил движение, — сполосни сначала!