- Как операция? – сходу спросила она.
- Все хорошо. Экспериментируешь?
- Я же сказала, что сымпровизирую. Нравится?
- Непривычно, но прикольно.
- Спасибо, - подмигнула ему Даша и неловко улыбнулась. – Обед я тоже приготовила. Еще посмотрела афиши… можно в кино сходить. Если хочешь.
- Даш, ты прости, - Герман подошел ближе. – С кино не получится. Меня Юля на ужин пригласила.
Естественно, возникла пауза. Естественно, ее рот на мгновение приоткрылся, как это происходило всегда, когда она была удивлена, и эту ее привычку Герман успел запомнить. Естественно, она не позволила себе ничего, кроме как быстро-быстро заговорить, часто моргая:
- Но это же здорово! Вот так взяла и запросто пригласила? Или повод какой-то? Вы объяснились?
- Даш, я… - кажется, впервые Герман не знал, что отвечать. – Что там у нас на обед?
- С обедом я тоже импровизировала. Мне понравилось три рецепта запеченной форели. Я их объединила в один. На десерт будет абрикосовый пирог. Ты еще не пробовал. Папа любит. Во сколько ты уходишь?
- Часов в пять. Давай обедать.
Дашин взгляд метнулся к часам. Она снова улыбнулась – будто в пропасть шагнула, кивнула и кинулась на кухню.
Обед был пыткой. Она бесконечно что-то говорила, не давая передышки ни себе, ни ему. Ее природная живость в этот момент почему-то била через край, сшибая с ног. Или это только казалось? Даша никогда не была молчуньей, кроме первых недель их совместной жизни. Правда, и не болтала понапрасну. А сейчас слова лились сплошным потоком. Она рассказывала, как поехала за этой чертовой рыбой на рынок. Как по дороге ей попалась парикмахерская, и она решила, почему бы и нет. И ведь не зря же решила – в новую жизнь с новой прической. Как потом готовила, и ее бесконечно отвлекала Таська, которая с утра подавала на развод, а к обеду интересовалась, нет ли у Германа хорошего гинеколога в числе знакомых, потому что они с Федькой точно намерены планировать ребенка. Как, пока рыба была в духовке, решила, что хочет сходить на какую-то французскую драму, которая, наверное, должна была понравиться Герману. В этом месте она на мгновение смешалась, потому что стало как-то неловко. И тут же добавила, что фильм только начали показывать, и он еще успеет сходить. Быстро перевела разговор на его работу, расспрашивая про проведенную операцию, и энергично кивала, слушая его сдержанные ответы. В своем желании казаться непринужденной Даша превзошла себя.
И чем больше она говорила, тем сдержанней он отвечал. Снежным комом нарастало раздражение. Дашей, Юлькой, собой. Собой особенно. Он понимал, что не хочет тащиться на другой конец города из-за чужого компьютера. И знал, что потащится. Потому что там Юлька, потому что он Юльку любит, и потому что Юлька решила вернуться.