Я пошел на поводу у Интернета. Тотошка побывал в гостях у Злой Ведьмы Востока. Но пришла пора двигаться дальше.
Не знаю, случалось ли вам просыпаться с чувством, будто за вами наблюдают.
Хорошего мало, поверьте мне на слово.
После многочасовой беготни по яхте в компании двух сумасшедших, после похмельной дуэли на пляже даже закаленному королю вечеринок нужен отдых. Когда начинают сгущаться сумерки, я спускаюсь в метро и возвращаюсь с острова Лантау на остров Гонконг, мечтая рухнуть в свою постель. Борясь со сном, я обдумываю инцидент с облаком в ванной и прихожу к утешительному выводу. Все это просто-напросто запоздалый привет от грибочков, съеденных во вторник. Ну да, ну да, я сорвался, но только один разок, это ведь Гонконг. Подумаешь.
История Гуйрэна породила в моем воображении облако дыма, а остаточные психотропные вещества в моем организме его воссоздали, исказив передо мной реальность. На пару секунд. В зеркале. В зеркале, то есть не в реальной жизни. Это важный момент. Не стоит доставать УЖАСТИК Спаркса из-за этого сбоя в матрице.
Когда я поднимаюсь на сороковой этаж отеля «Джейд-Стар», я валюсь с ног. Я брожу по номеру, сбрасывая пиджак, стягивая джинсы, посмеиваясь, когда перед глазами возникает образ Шерилин Честейн, льющей слезы над бутылкой с водицей. Площадью мой номер покрывает 850 квадратных футов, и я почти не бывал тут за время пребывания в Гонконге, так что я долго плутаю, пока не нахожу наконец спальню. Сумерки красят стены золотом, я падаю на гигантскую мягкую постель, и сознание облегченно покидает меня.
Часто я не запоминаю своих снов. Поэтому, когда я просыпаюсь от того, что кто-то прочищает горло, я не могу сказать, что за кошмар навсегда сгинул в трясине моего мозга и чем он так испортил мне настроение.
Рациональная часть моего мозга пытается осмыслить этот звук. Он мне приснился или я сам издал его?
Я не успеваю даже задуматься о третьем варианте, когда ловлю себя на мысли, что за мной наблюдают.
Я никогда не верил в кошачье шестое чувство, когда ты ловишь на себе чужой взгляд, но именно это чувство посещает меня сейчас. Достаточно отчетливое, и я даже переворачиваюсь на спину и сажусь спиной к изголовью, чтобы посмотреть по сторонам.
Кроме меня, в спальне никого. Двери шкафа плотно закрыты. Сумерки давно миновали, и стены окрашены черными, тускло-серыми мазками, электрически-желтыми пятнами и одной радужной кляксой света, отраженного с соседней башни.
Если все дело во сне, то он оставил слишком яркое ощущение после себя. Мое состояние дискомфорта можно еще списать на этот жуткий момент в сутках, когда выпитый накануне алкоголь начинает покидать твой организм. Может, прозвучит глупо, но радужная клякса успокаивает меня. Я провожу рукой по лицу и выковыриваю корочку из глаза. Я хочу собраться с мыслями, но в голове шумит. Старомодное электронное табло на прикроватном будильнике показывает без двух минут полночь.