Но говорить интриганам об их ошибке не нужно. Потому как складывается очень забавная комбинашка. Олеся, только-только избежавшая суда за участие в одной афере, тут же втягивается в другую. Но при этом она любит Астахова и, чуть что пойдет наперекосяк, сразу бросится на его защиту. В общем, заварушка будет еще та! Классическая мутная вода, в которой он, Форс, так любит ловить рыбку…
— Говорите, “что делать?”. Другие на этот вопрос не смогли ответить. А Форс ответит. Работайте! Претворяйте в жизнь все, что запланировали. И Олесе до поры до времени можно, конечно, ничего не говорить. Но на каком-то этапе, а на каком — решать вам, вы же серьезные бизнесмены… Так вот, на каком-то этапе ее нужно поставить в известность, расписав, конечно, красоту, масштаб, благородство строительных планов. И их полнейшую юридическую невинность.
Тамара й Антон согласно кивнули головой.
А Форс про себя усмехнулся. Ну-ну, пусть попробуют Олесе, запуганной тюрьмой, расписать юридическую невинность подставной фирмы.
Вроде взрослые люди. А такая наивность…
Завтра спектакль.
А сегодня идет репетиция. Раз-два-три. Пошли. Танец-песня-танец. Дуэт. Хор.
Пошли дети. Конферанс Бейбут. Елки-палки, как же классно он работает. Раскован, но не развязен. Так, а теперь пошли дети Розауры. И Степка с ними. И снова Бейбут. Теперь легенда. Раз-два-три-четыре.
Это трудная работа — давать концерт. Но во сто крат труднее поставить его так, чтоб уже трудно было понять, концерт или спектакль…
Да только поздно жаловаться. Она, Кармелита, взялась за эту работу и должна теперь довести ее до конца. Представьте себе тысячу маленьких разноцветных осколочков, из которых нужно собрать мозаику.
Музыку нужно совместить со светом. То и другое — с актерами, четко знающими, что и когда делать. Да что там… В конце концов, музыку тоже нужно совместить с музыкой: живую с фонограммой. Все должно быть сбито и подогнано. И чтобы нигде никакого зазора, ни во времени, ни в пространстве. Десятки людей со своими талантами, умениями, настроением, разной степенью усталости должны совпасть так, чтобы родилось Зрелище.
А тут еще Миро ходит с влюбленными глазами. И Люцита хочет быть доброй, улыбчивой, только видно, как ей трудно. Все это отвлекает. А отвлекаться нельзя. Нельзя расслабиться ни на секунду.
И Света пришла. Ее можно понять — как же не полюбоваться своими декорациями в натуральную величину. Их совсем недавно привезли из мастерской. И сразу же установили, быстро и ловко. Правда, первый раз неправильно, щиты местами перепутали. А второй раз непрочно. Все завалилось, чуть Ваську не пришибло. Розаура мужикам накостыляла. Так что в третий раз все было как в сказке, мужицкой такой сказке: сделали просто и прочно.