Вот, например, та женщина в длинной юбке и ужасных колготках в ромбик. Почему она так пристально смотрит на Варфоломея? Или вон тот хипстер-студент в узеньких ярких джинсах. Так и пялится! Или, может быть, это из-за толстых линз очков его глаза кажутся такими выпученными?
Ева с шумом втянула воздух.
Варфоломей подхватил ее под руку.
— Ты чего? — спросил он и игриво пошлепал по ее бедру хвостом.
— Эм… ничего, — вздрогнув, отозвалась Ева. — Все нормально.
Она сдавленно улыбнулась. Обычно женщина думает о нескольких вещах одновременно, но сейчас все мысли были сосредоточены на одном: «Я иду по улице с чертом. Я иду с чертом. Мой мужчина — черт. Вот черт!»
Какое-то время она держалась, а потом снова принялась сверлить взглядом рога Варфоломея. В темноте кинозала ее немного отпустило. Ева почти смотрела фильм и даже смеялась шуткам. Потом они сидели в ресторанчике и ели бургеры. Было достаточно шумно, играла музыка.
Ева огляделась.
— Варфоломей, — спросила она, — а твои… м-м-м… рожки… Люди точно не могут увидеть?
Черт пожал плечами:
— Обычные — нет.
— То есть ведьмы могут? — уточнила Ева.
— Скорее всего.
Варфоломей откусил большой кусок.
— Отличный соус, — сказал он.
Ева замялась:
— А здесь, в Москве, много ведьм? — поинтересовалась она, чувствуя нехорошее беспокойство.
— Не знаю, — честно ответил Варфоломей. — Вообще-то это большой город. В Венеции видел нескольких.
Сообщение о ведьмах Еве не слишком понравилось. Человеку свойственно ощущать себя уникальным.
— А чертей? — последовал следующий вопрос. Чертей здесь тоже много?
— Вот чертей мало.
Беспокойство Евы усилилось.
— А ты с кем-нибудь из них общаешься?
— Да.
— Ух ты! Интересно… А женщины… Кстати, как называются черти-женщины? Чертихи? Чертовки?
Варфоломей улыбнулся.
— Демоницы или демонессы.
Ева почувствовала легкую досаду, к которой примешивалась внезапная ревность. Она ждала, что Варфоломей как-то разовьет тему, но он просто продолжил жевать свой бургер и заедать его картошкой. Как ни в чем не бывало.
Когда Ева уже решила, что черт больше ничего не скажет, он все-таки поделился неожиданной мыслью.
— На демоницу ты, Ева, совершенно не похожа.
— Да? А почему?
Внутренний голос ехидно указал Еве, что у нее нет ни рогов, ни хвоста.
Варфоломей сощурился.
— Бери картошку, — предложил он.
Ева захватила соленый ломтик и, окунув в соус, отправила в рот.
— Ты красивая.
Женщины любят ушами. Ева порадовалась. Еще она немедленно сделала вывод, что демоницы страшные, а это было приятно и улучшало настроение.
— Ты не агрессивна, — продолжал черт.
«Ого! Они еще и злые».