Отворачиваюсь от окна с таким чувством, будто у меня в сердце дыра – на том самом месте, где раньше была мама. До сих пор я не помнила этого эпизода, и теперь не могу понять, почему моя мать так странно себя повела. Обычно она была веселой, жизнелюбивой… Может, этот остров свел меня с ума? Нет, тот случай, который я вспомнила, произошел еще в Милуоки, до переезда на Макино.
Стою у столешницы с ноутбуком, кофе и половиной булочки. Чтобы отвлечься от неприятного воспоминания, открываю почту. Затаив дыхание, ищу в папке входящих ответ на то письмо, которое вчера отправила «чуду». Ответа нет. Есть свежая сводка от Картера:
Сегодня ты на 47-м месте. По слухам, Эмили Ланге получит эксклюзивный листинг на «Фейрвью» (Мидтаун, Лексингтон-авеню). Блэр, ты должна опередить ее, пока договор не подписан.
Эксклюзивный листинг – это исключительное право брокера заниматься продажей всего жилого комплекса, то есть в данном случае шестнадцати дорогостоящих объектов. Быстро подсчитываю комиссионные, которые Эмили сможет получить. Тогда она вырвется вперед, и мне ее уже не догнать. Но сегодня это меня не беспокоит. Удаляю сообщение, предварительно переслав его Альтоиду.
А вот письмо от Томаса Барретта, полученное два часа назад. Да! Работодатель Энни ответил.
Здравствуйте, Эрика!
С радостью сообщаю, что сегодня утром Энни благополучно к нам прибыла.
«Слава богу!» – вздыхаю я.
Уже заметно, что она из тех, кто нацелен побеждать.
Вы воспитали замечательную девушку!
Я улыбаюсь, моя тревога начинает ослабевать.
Вы спрашивали, будет ли Энни в безопасности. В Париже, как и в любом другом большом интернациональном городе, есть преступность. Но наш район спокойный. Мы живем в 16-м округе, рядом с домом расположены кафе, книжные магазины, школа, куда ходит Олив. Недалеко Сена.
Вижу, что Энни очень независима и не боится приключений. Только что приехала, а уже отправилась исследовать город без провожатых.
Энни? Моя девочка, которая отказалась от гранта на обучение в Висконсинском университете, потому что не хотела уезжать далеко от дома? И которая уговаривала Кристен составить ей компанию, даже когда ходила по самым пустяковым делам? Меня снова охватывает стыд. Оказывается, я совсем не знала своих дочерей.
Энни говорит, Вы один из самых успешных брокеров Манхэттена. Поздравляю! Она Вами гордится. Я касаюсь этой темы, потому что заметил в Вашем письме некоторую отчужденность от Энни. Мне тоже иногда бывает трудно понять мою Олив, а ведь ей всего пять лет. Пожалуйста, обнадежьте меня: скажите, что дальше будет легче!