Глава 40. Фролов сдаёт кровь
Когда стемнело, она вышла из общежития и пошла к реке. И совершенно не удивилась, увидев, что он идёт рядом. Его мысли легко угадывались, и ей казалось, что это взаимно. И она также скорее угадывала, чем видела, что он улыбается в темноте.
– Чему ты улыбаешься? – спросила она.
– Участковый на жену весь вечер орёт, – сообщил мужчина. – Говорит, она ему жизнь загубила. А она завтра к вашему начальству жаловаться пойдёт. Нам, мол, в деревне такая помощь не нужна – чтобы чужих мужей с ума сводить.
– Немного обидно, что ты не злишься, – призналась Иевлева.
– Если я ночью тебя с кем застану, не обижайся! – сказал он. – А днём – меня нет, никто тебе не указчик. Ты с участковым как-то поговори – он на тебе жениться собрался!
– А почему это днём тебя нету, куда ты днём деваешься? – спросила Иевлева.
– Днём сплю!
– А я днём живу, а ночью сплю, – сказала Иевлева.
– Раньше так было. А теперь ты ночью живёшь, а днём на ходу засыпаешь. Ты раньше меня боялась – теперь не боишься.
– А почему я должна тебя бояться?
– Да ты сама понимаешь! – сказал он.
– Нет, ты объясни! – настаивала Иевлева.
– Таких, как я, люди боятся.
– Каких «таких»?
– Таких, которые по ночам ходят, – терпеливо говорил он. – И фельдшера ты до полусмерти напугала, он сидит пьяный – не спит, ждёт, пока ты меня приведёшь.
– Ты что – следишь за мной? – удивилась Иевлева.
– Да зачем за тобой следить – у тебя всё на лице написано!
– У меня фельдшер на лице не написан.
– Ты что, правда хочешь меня в медпункт отвести и кровь на анализ взять? Ну, веди!
– Ну, пойдём!
– Сейчас пойдём, – сказал он, привлекая её к себе.
Медпункт ночью был закрыт. Но фельдшер не спал. Сидел в палисаднике и пил плодово-ягодное вино. Вскочив, он от Иевлевой сначала попятился, но потом взял себя в руки.
– Вы, главное, не бойтесь – он вам ничего не сделает, – сказала Иевлева.
– Давай его в медпункт, там открыто, – предложил фельдшер, – свет только зажгите, он свет как – нормально переносит? Я в темноте ничего делать не буду!
– Не бойтесь, – повторила Иевлева и, повернувшись, вышла за калитку.
Когда фельдшер вошёл в медпункт, он долго мыл руки в умывальнике в коридоре и никак не мог заставить себя войти в кабинет. Но в кабинете он увидел обычного мужчину, ничем не напоминающего загробное чудовище. И даже вполне симпатичного. Тот вежливо встал со стула и сказал:
– Вот и привелось свидеться, Игнатьич, ты, небось, и не думал. Ты тогда не обратил на меня внимания, когда я солдата принёс, почему-то ты решил, что это участковый, хотя я на него совсем не похож. Ну и правильно, будем считать, что это участковый! Ты не бойся меня, Игнатьич!