Будуар тонул почти во тьме. Карельская лампа была почти совсем подвернута.
Дверь будуара тихо раскрылась, и в него вошла высокая фигура дамы в белом платье.
— Слава богу, бал кончился, — послышался вздрагивающий женский голос.
В ту же секунду два ярко-огненных глаза вспыхнули во мраке будуара.
— Ни с места, сударыня, я — вампир! Вы должны быть моей, иначе вы погибнете страшной смертью.
Перед белой фигурой женщины появилась высокая, черная фигура со страшным лицом неведомого чудовища.
— Ах! — вскрикнула в испуге женщина.
«Чудовище» бросилось и схватило ее в свои объятия.
— Моя! Моя!
— Разве? — вдруг загремел я, выскакивая из-за портьеры. — Вы думаете, любезный князь, что госпожа Я-ва принадлежит вам? А как же супруг госпожи Я-вой? Господин Я-ов, пожалуйте сюда!
С зажженным канделябром в будуар ворвался господин Я-ов.
— Мерзавец! Негодяй! — прохрипел он, бросаясь на князя-«вампира».
Крик ужаса вырвался из груди великосветского «шалуна».
— Ну, князь, довольно маскарада! Потрудитесь снять вашу страшную маску. Мы с вами отлично прокатились на тройке, ха-ха-ха!
Маска слетела с его лица. Он в ужасе уставился на меня.
— Что это… барон?
— Двойник его, любезный князь, Путилин к вашим услугам!
Наутро князь-«вампир» застрелился. Барона Путилин не тронул, а графу не поздоровилось. Его карьера была окончена. Ввиду многих щекотливых причин дело об Адамовом клубе было замято. Но Содом все-таки погиб, благодаря не… огненному дождю, а таланту гениального русского сыщика.
Тайны Охтенского кладбища
Видения кладбищенского сторожа
Как-то сидели мы с Путилиным в его кабинете и вели оживленную беседу на тему о таинственных явлениях загробного мира, о привидениях, о проблемах теософической науки.
Путилин был всегда большим позитивистом, а я, каюсь, несмотря на мою профессию доктора, был склонен допускать «то, что и не снилось нашим мудрецам», как великолепно говорит Гамлет своему другу Горацио.
Как раз в разгар нашего страстного спора в дверь кабинета постучались, и на приглашение войти на пороге появилась фигура старшего дежурного агента.
— Что вам, голубчик? — обратился к нему Путилин.
— Довольно странный случай, Иван Дмитриевич, — начал он. — Сейчас явился сторож Охтенского кладбища и сильно домогается вас видеть. На мой вопрос, зачем вы ему требуетесь, он заявил, что решил обратиться к вам, «так как у него на кладбище не все благополучно, покойники шалят», как он выразился.
Путилин чуть заметно вздрогнул.
Это было действительно удивительно странное совпадение: мы говорили сию минуту о явлениях с того света, а тут вдруг сейчас же подтверждение, что покойники ведут себя «неспокойно».