– Не дороговато, а очень дорого. Твоими бы устами…
– Слушай, извини, конечно, за любопытство, но ты весьма уверенно предположила существование тайного поклонника. Это стоит обсудить. Если есть третий, то я, возможно, зря на ребят грешу, – Александрина не упускала мелочей. – Согласна, что-то от маньячества просвечивает и в анонимности, и в упорстве, и даже в одинаковом количестве цветов каждый день. Так как насчет еще одного персонажа? Побогаче. Поэкстравагантнее. Какой-нибудь актер, режиссер…
– Продюсер, – уныло продолжила Катя.
– Э, нет. Они ребята тверезые и умеют считать деньги. Но у тебя, я вижу, интересный период в жизни.
– Я бы уже предпочла что-нибудь поскучней, – усмехнулась Трифонова. И достала айфон с фотографией седого незнакомца. – Вот, пару недель назад вдруг замелькал вокруг да около. Однажды поприветствовал полупоклоном. Больше лицом к лицу не сталкивались, но я теперь хожу по близлежащим улицам в ауре его присутствия.
– Ух ты, какой изощренно импозантный мужик, – восхитилась Александрина. – И достаточно молод. Где ты их берешь, Кать?
– В жизни чуть пообыкновеннее выглядит. Да провались он, я уже не знаю, что и думать!
– И ведь я его где-то видела, – задумчиво протянула Стомахина.
– И я тоже. А где именно, никак не вспомню.
– Так, по поводу его появления, думаю, можно не волноваться. Снял здесь квартиру или купил, вот и начал мелькать. Наверное, не только ты его замечаешь, все дамы в округе вздрагивают. Такой образец мужественности не часто встретишь, – наконец приступила к успокоению Александрина. – То, что он с тобой раскланялся – просто неплохое воспитание. Если постоянно видите друг друга, то надо здороваться.
– Да, я когда перебралась в Москву, удивлялась, что люди, входя в лифт, говорят «здравствуйте» даже незнакомым, – подхватила измученная Трифонова, которой очень хотелось, чтобы седовласый был неопасен.
– Кать, ты поезжай спокойно к родичам, – задумчиво сказала Александрина. – А я сюда подскочу завтра, взгляну на него поближе и… Где-то я его видела, причем не раз. Так, у нас есть еще полчаса? Давай-ка ликвидируем залежи твоих роз.
В этом была она вся. Таскала с Катей на помойку цветы до последнего стебля с уже осыпавшимися лепестками. И упорхнула в отличном настроении. А уставшая от загадок Трифонова начала спешно бросать в сумку пуловер и белье.
Выскочила из дома она, слегка припозднившись. И услышала из припаркованной напротив калитки машины:
– Катенька! Опаздываешь!
Пригляделась и удивленно спросила:
– Егор? Что ты тут делаешь? Не поверил, что я еду к родителям? Проверяешь?