– Вы хотите сказать, что на самом деле ничего загадочного в них нет? – как-то расстроено спросил генерал.
– Видите ли, для нас звезды уже давно не являются загадкой… – осторожно начала я. Затем я поведала ему о том, что представляют из себя звезды, какие разновидности их бывают, привела несколько интересных, на мой взгляд, фактов. Признаться, я и сама увлеклась своим рассказом. И вдруг я обнаружила, что мой собеседник слушает меня с каким-то поникшим видом… Словно все это ему скучно и неинтересно.
Я резко замолчала, мысленно ругая себя за неуместное многословие. Ведь это обитатель Старой Земли – напомнила я себе – а их разум устроен совершенно необычным образом, вероятно, он еще не вполне созрел для впитывания подобной информации…
– О, простите… – виновато пробормотала я. – Вам, должно быть, все это не очень понятно и не особо интересно…
– Нет, что вы, Ария! – встрепенулся он. – Мне интересно, но я и вправду мало что понимаю. Простите, пожалуйста… – Говоря, он развернулся к мне корпусом и словно невзначай задел меня локтем, отчего жаркая волна прошла по моему телу. Он смущенно отстранился и несколько мгновений сидел, задумавшись, а потом вновь повернулся в мою сторону и сказал: – А давайте я вам лучше стихи почитаю, а? Про звезду…
– Давайте! – охотно согласилась я.
– Хорошо… Сейчас… – Он прокашлялся. – Вообще-то это песня, но, к сожалению, у меня нет музыкального слуха… Поэтому прочитаю вам как стихи… – Он вновь прокашлялся, затем выпрямился и, глядя на горизонт, начал: – «Гори, гори, моя звезда! Звезда любви приветная… Ты у меня одна заветная, другой не будет никогда…»
Его голос был другим теперь – звенящий, выразительный и вдохновенный, пронизанный чувством, он устремлялся в ночь, в небо, и казалось, что все вокруг затихло, внимая этому голосу…
Впервые мужчина читал мне стихи. И что это были за стихи! Совсем не то, что я раньше называла этим словом… Неведомый сочинитель вложил в эти строки столько многогранного смысла, столько душевного переживания, что у меня на глазах выступили слезы. Никогда не ожидала от себя ничего подобного! Надо же так сказать про звезду… Надо же ТАК все чувствовать… У меня сжималось в горле, а сердце щемило какой-то непонятной тоской – но ощущения эти были упоительными!
Мне не хотелось, чтобы это кончалось. Он читал, а я смотрела на звезды – сквозь радужные капли слез они и вправду казались мне живыми и разумными, слышащими эти слова… И среди них – одна моя, только моя, Звезда Любви… Это было настоящее чудо – словно я ненароком шагнула за пределы привычного восприятия мира.