– Не надо… перестаньте! Оставьте меня! – и, поскольку граф, разгорячённый поцелуем, продолжал её удерживать, резко толкнула его в грудь. Он неловко зашатался, оступился, попятившись… и упал в воду.
– Стоп! Снято!!! – заорал Горевой, не скрывая своего восторга – всё вышло как надо, идеально, тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить.
Белецкий тут же резво вскочил на ноги. Метнувшаяся к артисту расторопная костюмерша в один миг стащила с него облепившую тело мокрую рубашку. Зрительницы по ту сторону ограждений издали протяжный стон, а Ася почему-то смутилась и отвела глаза. Впрочем, Белецкий недолго светил обнажённым торсом – ему тут же подали большое полотенце, и, растираясь им на ходу, он скрылся за ширмой.
– Чашку горячего кофе ему туда подайте, быстро! – скомандовал Горевой, кивнув одной из ассистенток.
«Лучше бы чай, а не кофе», – отметила Ася машинально, помня о его проблемах с сердцем, но тут же рассердилась на себя. Кто она ему, в самом деле – мамка-нянька? Или заботливая жёнушка?
Как сказал про Белецкого Вовочка-продюсер – он уже большой мальчик. Вот пусть сам и разбирается.
С первой сценой, в итоге, провозились практически до самого обеда. Очень много времени ушло именно на подготовку: на то, чтобы Вера вошла в образ и настроилась, на репетиции и забракованные с самых первых минут дубли.
Около двенадцати часов дня все наскоро перекусили бутербродами, запивая их чаем, а затем Веру с Аурикой отправили гримироваться и переодеваться. По сюжету, между первым эпизодом (поцелуем графа и цыганки) и вторым (разговором двух сестёр) лежал приличный отрезок времени. Во второй сцене Настя, уже взявшая на душу страшный грех, преследуемая полицией и морально разбитая, возвращалась в родной табор и натыкалась на лютую ненависть со стороны младшей сестры. Это был очень сложный и сильный момент, требующий от обеих актрис максимальной самоотдачи. Веру перегримировали в соответствии с её нынешним образом: добавили тёмных кругов под глазами, резче обозначили скулы, обескровили губы, спутали волосы, нарядили в разорванную и перепачканную одежду.
К этому моменту большая часть зевак уже расползлась. Кому-то просто наскучило торчать здесь без толку – всё равно почти ничего не разглядишь и не услышишь, не слишком-то увлекательное зрелище. Кого-то ждали важные дела и хозяйские заботы. Но самые стойкие продолжали ошиваться по ту сторону ограждений, втайне рассчитывая на то, что после окончания рабочего дня им удастся взять у артистов автограф, а если повезёт – то и сфотографироваться с ними на мобильный телефон.