— Проворнее заряжайте ружья! — командовал виконт. — А мы, Бриссо, выстрелим из наших револьверов.
Но если ружья большого калибра не могли поразить нападавших, то что можно было ожидать от револьверных пуль? А между тем от двери летели щепки, и сквозь дырки в досках можно было различить силуэты неприятелей.
— Теперь ваша очередь, молодые люди! — закричал Мартиньи. — Цельтесь в этих негодяев!
К его величайшему удивлению, выстрелов не последовало. Он поспешно обернулся — приказчиков не было.
— Фернанд! Педро! Лендольф! — позвал Мартиньи. — Где вы?
— Неужели подлецы бросили нас? — воскликнул Бриссо.
— Черт побери, вы правы! Я забыл про потайную дверь. Фернанд без сомнения, показал им ее. Надо их удержать. Они наверняка еще не успели выйти.
В самом деле, там, где находилась потайная дверь, слышались торопливые шаги и шорох.
Мартиньи и Бриссо, натыкаясь впотьмах на мебель и тюки, поспешили туда. К счастью, в отсвете пожара, пробиравшегося сквозь тонкую перегородку, они увидели приказчиков, суетившихся около потайной двери, уже открытой. Мартиньи бросился к ним.
— Фернанд! Проклятый предатель! — закричал он. — Ты дорого заплатишь за измену! Клянусь, я…
Он не закончил: несколько человек, которых он принял за приказчиков, бросились на него, между тем как другие схватили Бриссо. Через минуту они лежали связанные с кляпом во рту. Все произошло так неожиданно, что Мартиньи не успел даже подумать о сопротивлении.
Один из негодяев, стоявший рядом с виконтом, спросил по-испански:
— Это человек с алмазом?
— Да, — ответил голос, походивший на голос Фернанда.
— А второй — хозяин магазина, этот торговец с жестоким сердцем, который так нас притеснял и недавно убил нашего бедного Альвареса?
— Это он, сеньор Гуцман, — отвечал тот же голос. — Вы не можете ненавидеть его так, как ненавижу его я… его и другого, француза, у которого есть дорогой алмаз.
— Ну, так сделаем же то, о чем мы договорились, — продолжал тот, кого называли Гуцманом и который был главарем шайки.
Мартиньи почувствовал, что его обыскивают. В один миг его оружие, бумаги, деньги сделались добычей грабителей. Он сопротивлялся и испускал невнятные крики, призывая на помощь Бриссо, но тот и сам находился в опасности, потому что, сумев освободиться от кляпа, прохрипел:
— Помогите!.. Помогите!
Виконт не мог даже повернуться, чтобы посмотреть, в чем дело. Он слышал судорожные хрипы, а потом голос торговца вдруг замолк, как будто ему стиснули горло.
Тем временем огонь добрался до товаров, облитых маслом по милости мнимой неловкости Фернанда. Дым сделался такой едкий и густой, что с трудом можно было дышать.