– Не смейтесь надо мной! Я хочу есть. И мне нужно в туалет.
– В шкафах с инструментами обычно бывают ведра, – подсказал Владе.
– О боже, я наклоняюсь, дирижабль наклоняется!
– Держитесь! – крикнули ей сразу несколько человек.
– Боже, они там. – Далее последовало несколько громких ударов. И радиомолчание.
– Амелия? – позвала Шарлотт. – Вы в порядке?
Долгая напряженная пауза.
Потом ответ:
– Я в порядке. Давайте я вам перезвоню. Нужно кое с чем разобраться.
И звонок завершился.
* * *
– Юху, – проговорил Франклин, прервав изумленное молчание. Шарлотт увидела, как Джоджо ткнула его локтем в ребра, а он вздрогнул и только слегка на нее покосился.
Остальные просто стояли и не знали, что делать. Шарлотт указала на дверь капсулы:
– Внутрь уже заглядывали?
– Нет, как раз собирались, – ответил Владе.
– Тогда почему бы не заглянуть? Наша облачная звезда с нами свяжется, когда сможет.
Капсула представляла собой лишь маленькую палатку, поэтому Шарлотт, Франклин и Джоджо остались снаружи, когда Владе завел в нее старика с ребятами. Для Шарлотт этот просмотр был чистой формальностью: выбирать беднягам не приходилось. Она отошла к южной стене садов, села на один из стульев у поручня и посмотрела на восток, где располагался Питер-Купер-Виллидж, ставший теперь некой бухтой, усыпанной останками множества шестнадцатиэтажек, которые когда-то там возвышались. Все, что было построено не на коренной породе, а на мусорной свалке, рушилось. На юге в некоторых высотках горел свет, который падал на окружающие их старые здания Уолл-стрит – те были похожи на готовые взлететь космические корабли. Финансы возвращаются в игру, – от этой мысли у нее по коже забегали мурашки.
Снаружи дул южный ветер, мягкий для осени, и она покрепче закуталась в свитер. Два высоких стеклянных шпиля на юге портили вид, и она, как всегда, надеялась, что их легкий наклон к востоку означал, что вскоре им предстояло попа́дать, как домино. Она ненавидела их как модели от архитектуры – тощие, пустые, безликие, находящиеся во власти денег, не имеющие ничего общего с реальной жизнью. Хотя кто бы говорил. Она слышала, что большинство владельцев этих квартир проводили в них всего одну-две недели в год. Олигархи, плутократы, порхающие по миру, как сам капитал-вампир. А в Нижнем Манхэттене, в новых графеновых сверхнебоскребах, конечно, было и того хуже.
Все, кто был в капсуле, вышли и вместе с остальными уселись на стулья. Кроме старика, который стоял, облокотившись на поручень и глядя вниз. Мальчишки сели поближе к нему, Владе – рядом с Шарлотт, Франклин и Джоджо – позади них. Редкая возможность передохнуть.