Мы с Пушаком тоже не провоцировали их особым отношением друг к другу. Я скорей вела себя, как брат Чаупи-тута. Причём не всегда старший. И ко мне относились не как к женщине, а как к мальчишке. По крайней мере, так мне казалось. Неприятности начались, как обычно, с моей любви к чистоте. Мы вышли к той самой речушке, в которой я купалась по дороге в столицу. И, естественно, мне захотелось удовольствие повторить.
Пушак был занят Чаупи-тута. Тот сбил палец о камень в самом начале пути и, никому не сказав, перемотал тихонько на привале. Туда попала грязь и рана воспалилась. Самому очистить рану нереально. Просто очумеешь от боли. Поэтому мальчик получил горсть листьев коки, для лёгкого обезболивания, и Пушак занялся его ногой.
Я, не желая наблюдать неприятное зрелище, решила, наоборот, сделать кое-что очень приятное. А именно поплавать. На всякий случай, если кто-то из мужчин выйдет на берег, я оставила на себе нижнюю рубаху.
Вода, конечно, далеко не как в дворцовой купальне. Но смыть с себя запах дороги и пота, и просто расслабить уставшие мышцы и полежать на воде, разьве это не удовольствие? Я раскинула руки и смотрела на синее-синее небо, в котором высоко-превысоко описывала круги большая хищная птица. Кричала акака в кустах и трещали какие-то насекомые. Я чуть было не заснула. Вода колыхнулась и плеснула мне на губы. Я испугалась, может кайман. Но они же водятся только на Амазонке. Но в воду явно нырнули, и я поплыла к противоположному берегу хорошим техничным кролем. Если это балуется Пушак, пусть попробует догнать. Кто-то за спиной вынырнул, схватил воздух и снова нырнул. Стоя у самого берега, но не выбираясь из воды, я почувствовала движение и отступила. Всё же лучше видеть врага и защищаться на твёрдой земле.
Это был воин из нашего отряда. Я знала, что он пришёл в столицу из приморской деревни и плавал, как рыба. Он мог бы догнать меня в воде. Ростом парень был ненамного выше меня. Чанка вообще невысокие. Но крепкие. Он стоял по колено в воде обнажённый и шарил глазами по моей прилипшей к телу рубахе, которая ничего не скрывала, наоборот делала женское тело ещё более притягательным. Он что-то сказал и нехорошо улыбнулся. Я медленно отступила к кустам. Не знаю что он подумал, но улыбка стала ещё шире. Я поняла, что бы я не говорила, а драться прийдётся. Мокрая рубаха только помешает двигаться. Я заприметила возле куста круглый камень, как раз нужного размера. Удобно ляжет в руку. Подошла поближе. Парень не спешил. Я была в его власти. К моему сожалению, он не был среди тех солдат, которые видели сожжённого чиму. Его вообще не было в том походе. Поэтому и направили. На свежачка. Но и я не была вооружена. Не чувствовала в них врагов. А этот красавчик, приятный парень, никогда бы не подумала. Но и он, очевидно не думал, что делает что-то плохое.