— Какая дикость! — в ужасе прошептала Ольга. — Средневековье какое-то… Они что, нелюди?
— Кричал долго. Мы сидели в яме, слушали крики и ничего не могли сделать. Ведь даже здесь, стоя одной ногой в могиле, каждый думает о собственной шкуре: «Если я вступлюсь, тогда и меня…». Промолчать, глядишь, и повезет.
— Выходит, что бежать невозможно?
— Куда? Кругом тайга, непуганое зверье. Это сейчас они пальбу устраивают ради забавы, разогнали все живое… Бежать можно, но итог заранее предсказуем. Если не повезет, поймают и удумают, как извращеннее убить. Своего рода тоже забава. Преподнесут Слону останки, как в свое время объеденный муравьями череп — то, что осталось от Кривоноса.
— Да кто они такие?! — возмутилась Ирина.
— Банда. Их главного я видел всего два раза: когда нас собрали всех вместе и когда уезжали из Красноярска. Ничего, представительный мужик. Как у вас говорят, из «новых русских»… а может, политик. Впрочем, это одно и то же. Те, кто нас охраняет, — обычные бандиты. Бездельем мучаются, каждый день водку глушат. Слон у них за старшего, он вообще ушел в запой, трезвым почти не бывает. Нас кличут исключительно рабами. Захотел — избил. Но так, чтобы не покалечить. Рабочие руки у них ценятся. По той же причине пока не убивают.
Протасов спросил:
— И много вас таких?
— Из первой партии двое осталось: я и Никандрыч. Никандрыч жилистый оказался, деревенская закалка. Они там сызмальства к тяжелой работе приучены. И то слег, пневмония открылась. Температура под сорок, и я подозреваю, все это на фоне развивающегося туберкулеза. Не знаю, вытянет ли…
Сидевшая молча Ирина снова показала свою едкую натуру и не удержалась от подначки:
— А вы, дяденька, почему здесь, когда остальные работают?
— Дяденька? — он рассмеялся. — Вам сколько лет, девушка?
— А какое это имеет значение? Ну, двадцать два…
— И мне всего тридцать три. Выгляжу со стороны, поди, на пятьдесят?.. Мне повезло, я врач. Спас одного из них, когда змея в лодыжку укусила. Теперь на рудник не гоняют, держат в роли врача рабов и надсмотрщиков. Когда удается, кое-какие лекарства выбиваю, пищу готовлю. Мужики, когда возвращаются с работы, валятся с ног. Еще бы к огню после этого вставали.
— Хорошо, — призадумался Иван. — Говоришь, сбежать нельзя. На чем же они намытое золото вывозят? На себе?..
— Раз в две недели прилетает вертолет. Привозит провизию: им спиртное и курево, нам подкрепление — отловленных новичков. На обратную дорогу забирает груз.
— Ясно… — протянул он.
— Кормежка отменная. Диету можно патентовать, за три недели сбросишь вес, и не только лишний. В день ведро болтушки на восьмерых. Утром выдают по банке консервов. Хлеба нет.