Граф отпустил Иона, и тот улетучился, чтобы через какой-то миг превратиться в садовника. Он был одет точно так же, как хорошо ему знакомый садовник Майкла Синди: на ногах – полусапожки, широкие брюки, удобные для наклонов, на голове – кепочка с большим цветным козырьком от солнца.
Новоявленный любитель живой природы стоял перед розами и держал в руках садовые ножницы. Он уже слышал женские голоса и на лицо нагнал больше задумчивости.
По аллее, по сторонам которой росли акации, шли Катрин и Арис.
– Нас никто не видит и не слышит, – говорила убедительно Катрин. – Ты можешь мне сказать правду – почему ты не хочешь подружиться со мной? Стала бы моей лучшей подругой.
– Госпоже что-то угодно? – спросила Арис.
– Заладила – угодно, угодно. Ничего мне не угодно.
– Тогда я могу уйти?
Катрин со слезами на глазах посмотрела на Арис:
– Тебе так плохо со мной? Может, я тебя обижаю?
– Госпожа не обижает меня, – сказала Арис, но без всякого выражения в голосе.
– Ты же должна сопровождать меня. Ты хоть это помнишь?
– Я сопровождаю госпожу.
– Ну, чего же мы будем гулять молча? Давай я расскажу о себе, как жила у родителей. Я очень много книжек читала. Стану рассказывать, и нам будет интересно. А потом ты о себе...
– Я не помню о себе, – холодно перебила Арис.
– Может, граф не велит тебе разговаривать со мной?
– Граф, – мечтательно произнесла Арис, и лицо ее посветлело. – Марко Владич...
– Если он, то я поговорю с ним, – обещала Катрин. – Он ни за что не откажет мне.
Катрин удивилась тому, как быстро лицо Арис изменилось, даже злоба промелькнула в глазах, но тут же оно успокоилось и приняло привычное холодное выражение.
Катрин подумала, что служанка тайком влюблена в графа. Это и не удивительно. Может быть, даже она ревнует его к Катрин. Тогда понятно ее суровое молчание, ее желание разговаривать. Можно тремя хлопками вызвать другую служанку, но Катрин чем-то понравилась эта девушка, она не хотела с ней расставаться.
– О, ужас! – воскликнула Катрин.
Она увидела, как садовник занес садовые ножницы над розой.
– Что вы хотите сделать?! – кинулась Катрин к садовнику.
– Что сделать? – уставился на нее Ион. – Срезать розу и подарить вам.
– Я не люблю срезанные розы.
– Не знал этого. Уж я, поверьте, по стал бы делать того, что собрался делать.
– А почему вы решили мне поднести розу? – подозрительно пригляделась Катрин к садовнику.
Уж очень лицо его было какое-то такое, даже трудно сказать – какое, но весьма несимпатичное.
– Я это хотел... то есть решил... так сказать... поднести вам, потому что все эти розы принадлежат только вам.