– Так вот, не знаю, что они там нарешали, только Горбачев пришел к власти и всё покатилось в… в общем, те же проблемы, только вид сбоку. И гражданская война вместо войны в Афганистане, и развал СССР, только в другом ключе. Ничего не изменилось… Вернее, пока еще не изменилось, – Максим наконец-то смог нормально говорить.
В этот момент в палату зашли двое в белых халатах, по-видимому, доктор и медсестра. Медсестра занялась капельницей, а врач подошел к постели.
– Товарищи, мальчику нужен покой. Он пережил очень сложные моменты… Максим, не волнуйся, давай поменяем капельницу. Вот, прими таблетки, – доктор протянул Звереву горсть таблеток, а медсестра ловко поменяла баночку с физраствором и переключила катетер.
– Иван Фомич, не волнуйтесь, всё под контролем. Наш пионер уже пришел в себя, уже восстанавливается. Можете пока быть свободны. Нам нужно кое-что обсудить, и это не связано с лечением. Потом мы вам дадим время напичкать его лекарствами, хотя, по-моему, они ему не нужны.
– Но ка же… – врач было начал возражать, но под тяжелым взглядом экстрасенса осекся, повернулся и молча вышел. За ним следом вышла и медсестра.
– Максим, ты сейчас подробно нам всё расскажешь, мы подумаем, что произошло и что нужно сделать. А потом денек-другой полежишь здесь, восстановишь силы, энергию, и… – Вронский замолчал.
– Что «и»? – Макс с удивлением посмотрел на Мерлина.
– Ну, принято решение всей вашей весёлой гоп-компании легализоваться. То есть – пойдёте пока в школу. Учиться…
Зверь откинулся на подушку и застонал.
– Неееет, только не это! Снова школа? Снова уроки, экзамены! Зачем? За что?!
– Не за что. Так надо. Как вас легализовать? Как привлечь на службу официально? Что, офицерские звания присвоить, вон, как Токугаве младшему, снова майора ГРУ давать? А тебе – сразу генерала? Ты ж у нас только сержант ведь, так? Как вы сможете сейчас принимать участие в операциях комитета?
– Какого из комитетов? Госбезопасности или государственного контроля? – Зверь усмехнулся.
Вронский внимательно посмотрел на подростка, который для него давно перестал быть подростком.
– Вы, Максим Викторович, прекрасно понимаете, что для обоих комитетов вы являетесь ценным сотрудником. Для начала вы, вся ваша команда будет работать на КГБ. Ну, понятное дело, вас легализуют, возьмут подписку о сотрудничестве и так далее. Это – официально. Вы будете числиться не только секретными агентами КГБ, но и сотрудниками ЦК ВЛКСМ. У комсомола могут быть такие вот молодые работники аппарата. Неофициально вы, конечно же, входите в Комитет государственного контроля.