– Фу! – шепчет она. – Что это еще?
Воздух вокруг влажный и прохладный. Он напоминает ей о доме.
Оглядываясь, Азуми понимает, что она на самом деле дома. Опять в лесу за домом, в пригороде Сиэтла. Вот старый белый вяз, на который они с Морико любили залезать, когда были совсем маленькие. Родители зовут ее, она видит лучи фонариков, пронзающие темноту между деревьями.
Азуми понимает, что опять ходила во сне.
Но Ларкспур…
Неужели все это был только сон?!
Азуми отвечает на зов:
– Мама! Папа! Я здесь!
Она бежит к ним, перепрыгивая через упавшие ветки и замшелые валуны. Она хорошо знает дорогу – она столько раз ходила по ней.
– Азуми! – кричит отец. – Неужели опять?!
– Прости меня! Я спала! Все хорошо, я в порядке!
Руки матери обнимают ее. На щеках мокро от поцелуев отца. Азуми плачет так, что ее трясет. Родители гладят ее по спине до тех пор, пока всхлипывания не утихают, а затем ведут ее к дому, к залитой светом террасе.
Они поднимаются по ступенькам, и Азуми становится легче.
Но потом она замечает, что посередине террасы стоит нечто странное: маленькая квадратная клетка. Металлическая дверь со скрипом открывается.
– Что это? – спрашивает Азуми, ее голос теряется в удлинившихся тенях. Родители подталкивают ее к клетке.
– Это наше решение, – без всякого выражения отвечает мать.
– Мы не можем допустить, чтобы с тобой случилось то же, что и с сестрой, – говорит отец. – Ну же, полезай.
Азуми качает головой:
– Нет… я не хочу.
У матери очень сильные руки. Они прижимают ее к земле. Отец хватает Азуми и швыряет вперед, ободранные о металлический край клетки колени горят.
Теперь она внутри, стены и потолок все теснее сжимаются вокруг нее. Не успевает она повернуться, как дверь захлопывается и слышится щелчок навесного замка. Она хватается за прутья решетки, трясет их, но они стоят крепко и не поддаются.
– Не кричи, милая, – шепчет мама, наклоняясь к ней. – Тебя услышат волки.
В лесу уже раздается низкое ворчание.
На зеленом-зеленом лугу Дэш смотрит вниз, в глубокую яму. На дне в лучах солнца блестит серебряный гроб. Люди вокруг все в черном, всхлипывают и прижимают к лицу платки. Родители стоят по бокам от него и молча слушают, как священник читает знакомую молитву.
В толпе слышится шепот:
– А вы знаете, он там был.
– Я слышал, он как-то причастен.
– Говорят, что его положили в психиатрическую клинику.
– Бедный Дилан. Такой милый мальчик.
– Они были очень дружными. Как такое могло случиться?
Дэш закрывает лицо, зажмуривается, желая отгородиться от этих голосов.
Но это уже ни к чему. Они сами умолкают. Растопырив пальцы, он видит, что никто на него не смотрит. Все молчат, кроме священника, который продолжает читать молитву.