— Я не думала, — всхлипнула Мадлен. — Не думала, что он может умереть.
Да, ай-тере бессмертны… Особенно если так с ними обращаться.
— Он не слушался, и я не работала с его силой, и…
Мадлен заревела, а я отвернулась и пошла обратно к лестнице. Один погиб. Сколько еще ай-тере должно погибнуть, чтобы кто-то это остановил?
— Дея, как же так? — зашептала Лонда. — Зачем она так с ним?
— Куратор Нэйтон говорил, что власть кружит голову, — тихо ответила я. — Видимо, это тот самый случай. Она не думала, что его убивает. Хотела проучить. Не в первый раз точно. Ты видела, сколько на нем синяков? А ответить ай-тере не может, будь хоть в сотню раз сильнее. Вот и доигралась, а парень мертв. И ей ничего за это не будет, вот увидишь. Максимум исключат из колледжа.
— Безумие. Просто безумие!
— Да.
Я была согласна с подругой. Безумие чистой воды. И не понимала, как можно относиться с такой жестокостью к живому человеку. Хотя, колледж ди Хомфри многое рассказал мне о жестокости. Здесь же стараниями Нэйтона царил относительный порядок, и лишь теперь, когда его незримое присутствие окончательно улетучилось из этих коридоров, все пошло наперекосяк. Я зашла в свою комнату и плотно закрыла дверь, а потом сползла по стенке и закрыла лицо руками. Мне было страшно. Страшно жить в мире, где такое возможно: убить ради забавы того, с кем связан на всю жизнь. Так и просидела всю ночь. Сил идти на занятия не было. Я едва заставила себя подняться с пола, одеться и тащиться на пары. Профессоров слушала вполуха, а вместо обеда решила немного пройтись. День стоял жаркий, а снаружи хотя бы был ветерок. Поэтому я спускалась по ступенькам, когда входная дверь открылась.
— Здравствуй, Дея.
Я не сразу узнала Нэйта. Он будто стал старше. Добавилось щетины на лице, глаза впали. Может, он все-таки болел?
— Здравствуйте, господин Нэйтон, — пробормотала запоздало, поняв, что стою и бесстыдно его разглядываю.
— У тебя все в порядке?
— Да.
Захотелось спросить: «А у вас?», но это было невежливо. А еще очень хотелось узнать, он вернулся надолго или просто зашел по старой памяти.
— Простите, не буду отвлекать, — пробормотала я и сбежала в парк, и только тогда остановилась и перевела дух. Само его возвращение казалось чудом. Наверное, он один и мог остановить тот беспредел, который происходил среди третьекурсников. Но почему его так долго не было? Что произошло? А сердце билось, как безумное, и я поймала себя на мысли, что глупо улыбаюсь, будто получила самый ценный подарок, который только могла.
Нэйт
Это были самые долгие полгода в моей жизни. Я мог на пальцах пересчитать, сколько раз за эти месяцы оказывался вне стен особняка эо Лайт. А еще понимал, что трещина внутри стала намного глубже. Настолько, что шансов её «склеить» не осталось. Всё потеряло смысл. Осталась только оболочка, как ни горько было признавать.