Подумал, что развод или просто ошибка, но интрига пересилила.
Написал:
– Не узнаю. Мы знакомы разве?
– В прошлом хорошо были знакомы. Я Даша Серпенко, – ответила она, добавив кокетливый смайлик в конце.
Меня точно током прошибло, даже протрезвел. Дашка из деревни! Из моего детства! Ну и дела! Может, я сплю?
– О, привет, Даш! Тебя помню, конечно. Дару Августову не помню.
– Это псевдоним, я художник. Ну… можно сказать, что художник. Дара – от имени Дарья. А Августова – потому что в моей жизни с августом очень многое связано. Помнишь нашу деревню Августовку? Интересно, как там теперь? Приезжает кто-нибудь? Я бы с удовольствием съездила.
Я с горечью усмехнулся: она, похоже, безнадёжно отстала от жизни в своих художественных небесах. Но ей эту мысль выразил более мягко:
– Там давно уже никого нет. Деревню поглотила мать-природа. Я сам ездил туда несколько лет назад – дома повалились все, ваш только стоял, потому что кирпичный. Но за это время, мне кажется, там мало что осталось. Жаль, но ничего уже не поделаешь.
– Плохие новости… – расстроилась Дашка. – Даже не хочется в это верить. Может, съездим туда вместе? Есть желание?
– А какой смысл? Да там уж и дороги нет, всё заросло. На тракторе ехать надо и то, может, не проедешь теперь.
Но она стояла на своём. Тон её изменился, стал жёстким.
– Я хочу увидеть всё своими глазами, Паш. И я туда точно съезжу сама. В августе. Если хочешь, поехали вместе. Я ещё Саше Громову напишу обязательно.
– Идея мне нравится. Я тебя и Сашку сто лет не видел. Поеду. Если что – звони.
Я написал свой номер телефона и опрокинул в себя стопку водки в полной уверенности, что весь этот разговор – сущий бред, которому никогда не суждено осуществиться.
Тем более когда за окном гудят февральские вьюги, до августа ещё ого-го сколько говна утечёт. А кто-нибудь может и умереть. Например, я.
Но я не умер. Наоборот – пропившись вдрызг, успокоился, пришёл в себя, устроился на работу и снова как-то зажил. А о том разговоре позабыл напрочь, и поэтому для меня стал полной неожиданностью звонок в начале августа, в котором приятный женский голос сообщил следующее:
– Это Даша. Ты готов? Завтра едем в Августовку.
Я не был готов, но и отступить от обещания уже не мог. На работе наврал, что болен, и освободил себя для завтрашнего путешествия в детство. По правде говоря, меня от этого всего охватило радостное волнение.
Дашка заехала за мной рано утром на красном «Гелендвагене».
– Привет! – она весело подмигнула мне, когда я сел в машину. – Так как трактора у меня нет, попробуем прорваться на чём есть. И надеюсь, у нас всё получится.