Свидетелями рождения наследника были: архиепископ Кентерберийский Уильям Уорхэм, епископ Лондонский Кутберт Тансталл, и я - королевский сенешаль-лорд-распорядитель.
- Поздравляю, ваше величество, у вас есть наследник, о чём мы трое сейчас подписали ордер. Как вы его назовёте? - Спросил канцлер.
- Эдуард. Пусть будет - Эдуард.
Король стоял ошарашенный. Я подошёл и поздравил его.
- Поздравляю, ваше величество.
Генрих обнял меня.
- Спасибо, Питер, - сказал он мне шёпотом.
- Обращайтесь, - так же тихо ответил я.
* * *
Девять месяцев назад.
Генрих едва не поперхнулся глотком вина.
- Я вас слушаю, - едва выдавил он из себя, откашлявшись.
- Я сказал, что удивлю вас, но не думаю, что моё предложение должно вас сильно удивить, - начал я.
- Не тяните, Питер.
- Простое дело. Я предлагаю сделать подмену ребёнка у Екатерины при родах. Пусть она только забеременеет.
- Хэ! Простое дело! Они же у неё мрут!
- Не переживайте. Этот наследник не помрёт. У моих индианок рождаются очень крепкие мальчики.
- А кто будет отец?
- Вы, ваше величество. У меня есть такие голубоглазые стройняшки с островов Пряностей. Ай-йай-йай! Залюбуетесь. У них пацаны как из пулемёта рождаются. Они даже не прекращают по пальмам лазать, когда рожают. А уж во дворце...
- Штук пять осилите, потом выберем.
Генрих почесал бороду.
- Ну, вы меня, Питер, действительно, как коня-производителя держите. Даже неудобно, как-то. Я не покраснел? - Спросил Генрих.
- Ни чуть. Бледный, как аристократ.
- Но ведь стоять у дверей куча придворных будет. И в королевских покоях...
- Принимать роды у королевы будут моя жена и дочь. У Лорис и рука лёгкая, и глаз добрый, да и опыт такой богатый... Не переживайте.
- Но как же вы... Вы ведь хотели отдать вашу дочь за меня?
- Вы хотели жениться для того, чтобы родился мальчик. Наследник. А если снова нет? Зачем отдавать судьбу королевства в руки... Ну, вы меня поняли! - Улыбнулся я. - Всё сделаем в лучшем виде.
- А матери не возмутятся? Мать.
- Нет. Я вас уверяю. Любая из них будет рада помочь Англии.
Король, когда увидел помощниц моей Лорис, несколько дней не мог прийти в себя. Большие голубые глаза на смуглых, с очень правильными чертами, девичьих лицах поразили его не только ниже пояса, но и прямо в сердце.
Я сам, когда их увидел впервые, в тысяча пятьсот двенадцатом году, не мог понять, как такое возможно? Все малайцы и индонезийцы имели карие глаза. А эти имели не только голубые глаза, но и чуть светлее кожу. Причём, не на всём острове Бутунг, а только в центральной части его восточной стороны. Одно племя. В моё время, говорили даже, что это генетическая болезнь. Но я думаю, что когда-то давно какой-то голубоглазый путешественник здорово отдохнул на этом острове.